— Погоди. Не суетись, — я поморщился, понимая, что с этими противниками будет сложно справиться.

Видел, как этот тип с Петровичем мутузили друг друга, а ведь боролись-то по-дружески.

На что этот мужик способен в реальном бою, я даже боялся представить.

По моему мнению, он был более опасен, чем бессмертные, даже тот же Ланцов казался на его фоне мальчиком-недоучкой.

Скорее, я бы сравнил сегодняшнего противника с крючконосом: такой же хитрый, сильный, жестокий, вдумчивый, хладнокровный убийца.

Только вот делать все равно нечего, девчонок нужно вызволять. Я буду — не я, если оставлю их на произвол судьбы.

Кажется, этого мужика мой учитель называл Егорычем, а дочурка насколько помнится — Катя. Я тогда еще запал на нее крепко. Сейчас же, глядя на девушку, не испытывал ничего, кроме неприязни и глухого раздражения.

Может удастся договориться мирно?

Если они действительно работают на дядюшку, то в связи с его смертью, контракт аннулируется.

Нужно будет — заплачу неустойку, а начнут артачится, что же… тогда, только один вариант.

Главное, чтобы мои пока не подставлялись.

Перевел взгляд на Алину с Герычем.

Георгий хоть и опытный маг, но все же больше разведчик: собрать информацию, подслушать, подсмотреть, проанализировать, опять же — с некротикой поработать. Алина тоже не боец. Убить ее практически невозможно, а вот ранить запросто.

Неизвестно еще в каком состоянии сестренки. Тащи потом всех на себе.

— Упс!

Знакомый Петровича все-таки нас засек. Не знаю, каким образом он сумел это сделать, но сейчас смотрел прямо на меня, не отрывая взгляда. Прятаться было бесполезно.

Единственное — заметил он походу только меня.

— Слушайте внимательно. Сидите и не высовывайтесь.

— Но…

— Нет Герыч, ты ничем не поможешь, поверь мне, только отвлекать будешь.

— Макс, — зашипела Алина, но я строго посмотрел на девушку, напоминая предыдущий разговор, и она умолкла.

— Герыч, если меня убьют… Кхм… Просто… Кхм… Оставьте тело. Не трогайте. Смотрите за ними в оба. Не упустите из вида, но не вмешивайтесь. Я должен знать, если эти ублюдки перевезут куда-то девочек.

— При всем моем уважении, Максим, но, если вы умрете, вам будет до лампочки судьба ваших сестер.

— Хи-хи-хи, — прыснула в кулак Алина, но пояснять причину своего веселья не стала.

Егорычу видимо надоело ждать, когда я соизволю показаться, и он басовито крикнул:

— Выходи!

Ну, что же, пора.

Встал, отряхнулся от снега и не спеша пошел навстречу, сошедшему с крыльца мужчине.

Чем ближе подходил, тем сильнее Егорыч вглядывался в мое лицо и хмурился, а затем громко чертыхнулся.