Мои домочадцы уже были на ногах, не хватало только Алины и Стеллы. Если первая усвистала по своим делам ни свет — ни заря, то последняя — все еще находилась на постельном режиме.

Моя «семья» сидела за длинным столом и уплетала омлет с ветчиной и ароматные блинчики, щедро сдобренные сливочным маслом. Присоединился к трапезе, сразу же набрасываясь на еду.

— Кстати, Максим, можешь меня поздравить, — произнес Антоха, — Я восстановился, так что в академию отправимся вместе.

— Не-а, — пробормотал с набитым ртом, отчего чуть не получил нагоняй от Надежды.

Одного взгляда женщины хватило, чтобы я захлопнул рот.

— Это почему? — поинтересовался друг.

— Мне еще лечением Стеллы заниматься.

— Аа-а, точно. Могу подождать.

— Нет, иди, негоже в первый день опаздывать.

— Пожалуй, ты прав, тогда встретимся в стенах альма-матер.

Подольская встретила меня с улыбкой на лице. Вид женщины говорил, что она идет на поправку.

— Максим, рада тебя видеть.

— Взаимно.

— Приступим к лечению?

— Непременно, — стрельнула глазами женщина и томно прикусила нижнюю губу белоснежными зубками, — Семен Семенович, не могли бы вы выйти, пожалуйста.

Рабашский усмехнулся.

— Как скажете, милая барышня. Не буду вас смущать. Развлекайтесь, только чтобы на пользу.

— Непременно, — хмыкнул в ответ.

Как только за эскулапом закрылась дверь, мои губы тут же оказались на губах Стеллы.

Целовалась женщина умопомрачительно. Она вообще, была сплошной секс, так и хотелось съесть всю целиком, жаль, что пока нельзя, но ничего, будет и на нашей улице праздник.

Пусть разложить горячую преподшу пока не представлялось возможным, но пошалить-то нам никто не мешал.

А раз так…

Мои губы начали путешествие по горлу женщины. Я целовал бархатную кожу, впиваясь в нее зубами и сразу зализывая место укуса. Руки почти мгновенно обосновались на груди, сминая ее сквозь ткань кружевной сорочки.

— Ах, — простонала Стелла, и я почувствовал, как затвердели соски под моими пальцами, превращаясь у упругие, острые камушки, просящие о ласке.

Женщина прижалась сильнее, почти забравшись мне на колени, желая оказаться как можно ближе, соединив наши тела.

Как же сложно было удержаться и не взять ее здесь и сейчас. Рука Подольской опустилась вниз, сжимая через брюки напряженное естество. Пришла моя очередь стонать.

Недолго думая, Стелла расстегнула молнию, освобождая налившуюся плоть, и обхватив гордо стоящий член ладонью, начала равномерно двигать ей вверх и вниз. Пробежалась пальчиками по вздутым выпирающим венам, потерла головку, заставляя меня содрогнуться и прикрыть глаза.