Два с половиной метра — не так уж и высоко, но с учетом того, что при соприкосновении с металлом меня пронзило электричеством и одновременно приплющило защитным заклинанием… Те еще ощущения. Захотелось мгновенно вырубиться, но я огромным усилием воли сумел задержать себя в сознании.

Стиснул зубы чтобы не заорать и резко подтянулся на руках, тут же заглядывая во внутренний двор.

Именно это мне и было нужно: хороший обзор хотя бы на пару секунд. Взгляд тут же срисовал территорию и намертво зафиксировал ее в памяти. Теперь — после своей смерти, я без проблем смогу возродиться даже под окнами особняка Ланцова.

Я почувствовал жар по всему телу, ощутил — как слезает кожа, как разъедает мышцы, как обугливаются кости, и как сердце замедляет свой бег. Последним усилием скосил глаза в бок, чтобы посмотреть на нежить.

Зомбо-птиц выполнил свою задачу и даже больше… Он сумел приземлиться на забор, получил свою порцию прожарки, но, что удивительно, не сдох окончательно.

Свалившись на территорию двора, нежить, оставшаяся совершенно без плоти и представляющая из себя обгоревший скелет, начала бегать по газону. Голосить она больше не могла, ибо — нечем.

Я, вообще, удивился, когда она первый раз издала голос. Не должна мертвая птичка кукарекать, в нашем случае — ухать, но почему-то ухала.

Скелет маленькой нежити был последним, что я успел увидеть в своей жизни, осыпавшись пеплом, который тут же раздул ночной ветер.

— Бр-р, какая неприятная Смерть, — помотал головой, приходя в себя в знакомом зале.

— Это я-то неприятная? — раздался откуда-то слева знакомый голос.

Повернул голову на звук и улыбнулся, заметив свою знакомую.

— Нет, подруга, ты прекрасна, а вот моя смерть была довольно болезненна.

— Кто же заставлял тебя умирать? — ехидно поинтересовалась потусторонняя сущность.

— Так было нужно для дела, другого выхода я не видел.

Смерть закатила глаза.

— Мог бы меня позвать: помогла — чем смогла.

Вскинул брови.

— Так я звал на днях, ты не откликнулась, еще и браслет перестал работать. У тебя все в порядке?

Моя работодательница в очередной раз удивленно покачала головой.

— Конечно. Что со мной может случиться? Я, как-никак, сама СМЕРТЬ. Это меня боятся и от меня бегут, только вот все равно бесполезно — везде настигну и с собой заберу.

Не стал напоминать про трость Крючконоса, но взглянул на женщину более внимательно, отмечая впалые глазницы, более серый цвет кожи и немного потускневшие волосы.

Ох, чувствую, что-то неладно в «Датском королевстве». Слишком уж Смерть храбрится.

— А с браслетом тогда что?