Анатолий Сергеевич стиснул челюсти. Я видел, как он пытался совладать с собой и не высказать мне все, что лежало на языке, ну или не дать в морду.

Конечно, самому графу Юсупову приходится уговаривать какого-то вшивого барона, а тот кочевряжится. Он, можно сказать, протягивает руку помощи, делает одолжение, решив облагодетельствовать, дав привилегии и возможность вступления во влиятельный клан, а в ответ — шиш да нихрена.

Как бы так вывернуться, чтобы и самому в ловушку не попасть и Юсупова не настроить против себя. Лишний враг сейчас ни к чему.

Интересно, а Галина знала о чем пойдет у нас разговор с ее отцом? Если нет, на этом можно сыграть и добыть себе отсрочку. Если Анатолий так любит дочь, то против ее воли вряд ли пойдет. Главное, чтобы Галя уперлась и не захотела стать моей женой, а вот тут…

Тут может оказаться все совсем наоборот, строптивая девчонка из вредности, только чтобы досадить мне, запросто даст согласие, и это только в том случае, если она не в курсе дела. Не удивлюсь, если оказаться, что сейчас она сидит в своей комнате и потирает ладошки в предвкушении свадьбы.

Значит, это не вариант, рисковать нельзя, иначе можно конкретно «погореть».

Что тогда?

Сказаться смертельно больным? Мол мне осталось жить всего-ничего, не хочу оставлять вашу дочурку молодой вдовой с разбитым сердцем.

Нет, не пойдет. Юсупов тут же позовет своего эскулапа, чтобы меня обследовали, тогда…

Есть идея… только она может аукнуться мне сплошными неприятностями, но по-другому нельзя, нужно решить все вопросы с Юсуповым здесь и сейчас.

Да и в связи с открывшимися обстоятельствами Анатолий Сергеевич вправе будет вызвать меня на дуэль.

Рискнуть или нет?

Придется, потому как глядя на сидящего напротив мужчину, понимал, что тот не отступит, и я не выйду из кабинета, пока не подпишу договор, а тот наверняка скреплен магической печатью. Стоит только накарябать подпись и все — окажусь в кабале без возможности из нее вылезти.

— И что же это за причина? — вернул меня из мыслей Анатолий Сергеевич.

— Она довольно банальна: я женат.

Сказал и мысленно поежился. Надеюсь, мне за это ничего не будет, ведь Юсупов на слово не поверит, придется предъявить благоверную, причем не простую девчонку без «рода и племени», а ту, которая имеет уважение в обществе, и за спиной которой стоит значительная сила, чтобы граф даже рот раскрыть не посмел.

Эх, можно было назвать Алинку, но к сожалению, она не подойдет.

Судя по виду Юсупова, он настроен серьезно, а из этого следует, что он может пойти на довольно рискованный шаг и попробовать освободить меня от «действующего брака» вполне неординарными способами. Если решится на подобный шаг, могут возникнуть проблемы. Убить мою подругу не так-то просто — замучается, но это чревато раскрытием тайны «бессмертия», чего допускать ни в коем случае нельзя, но даже не это самое главное: Юсупов просто не поверит, ведь документов подтверждающих брак нет, да и причина, по которой я скрывал свое женатое положение, не должна быть надумана, а наоборот — отдавать правдоподобностью.