— Валите отсюда, не вставайте у них на пути, — приказал я и потихоньку пошел вперед.

Будь я сейчас в даргском теле, у меня не было бы ни шанса на победу, но я в теле Пожирателя, а это значит, что шансы у меня теперь есть. И шансы неплохие. Ведь, несмотря на то, что все существа в дикой охоте из разных миров, у них у всех есть одна общая черта — они обладают невероятной регенерацией. Причем неважно живой он или мертвый. Хотя нет, вру. С мертвыми попроще будет. Ведь их можно порубить на куски и растащить в разные стороны. Тогда они хоть и не сдохнут, но навредить не смогут, пока не соберутся обратно вместе. А вот живые просто отрастят заново отрубленную часть тела.

Но сейчас у меня имеется навык, которого никогда раньше не было — я могу вытягивать энергию. А судя по тому, что я вижу, для меня это будет просто пиршество. По сравнению с ними измененный богомол все равно, что обычная кошка по сравнению с рысью. Шансов на противостояние у обычной кошки нет никаких.

Вот и у меня, казалось бы, нет никаких шансов. Но это только кажется. Мне главное коснуться этих тварей или пусть они коснуться меня, и тогда посмотрим, кто кого.

От этих мыслей я начал заводиться в предвкушении отличной битвы, и в один прекрасный момент понял, что начинаю ускоряться. Мне уже не терпелось начать схватку, и я постепенно перешел на бег. Дикая Охота тоже не сразу помчалась, они, как и я набирали скорость степенно, устремив свои взоры только на меня.

Я знал, что командир призванных всегда бежит впереди всех и в этот раз впереди всех мчался молодой адский пес. Значит, они разумны. Что ж, пришло время смертельной схватки, результаты которой я не берусь предсказать.

Нет гарантий, что я выживу, но буду драться до последнего вдоха. Ведь если я умру, этот мир рухнет в пучины ужаса и отчаянья, в которые его погрузит мой антипод, а оставлять в таком мире Катю, я очень не хочу.

Я задрожал от нетерпения, все больше и больше ускоряясь. И через несколько секунд, что я, что Дикая Охота неслись друг на друга на всех парах, не отводя взглядов.

Я вынул из ножен два кинжала. Меч сейчас будет лишним, только кинжалы. И спасибо тебе Борис Григорьевич за столь отличное оружие и тебе Виктор Валентинович, за великолепную броню.

До столкновения триста метров… двести… сто… Я влетаю в толпу, оставив рану на вожаке глубиной во всю длину лезвия моего кинжала, а тот распорол мне плечо и вывернул мясо наружу. Псы оказались огромными. Голова первого из них находилась на уровне моей груди. Глаза горели красным, а зубы, клыки и когти были явно больше чем у обычных псов.