— Странно всё это. Такого типа дороги у нас редко строят, а если и строят, то они обычно ведут к военным объектам. Наверно где-то рядом стояла воинская часть, скорее всего ракетчики.

— И? — не понял меня ашш Сошша Хааш, — это хорошо или плохо?

— Пока не знаю. Но давай перейдём дорогу и расположимся на привал, и проследим: куда, что, когда и, главное, кто тут ездит.

— Думаешь аборигены? — ашш Сошша Хааш не идентифицировал меня с уроженцем планеты Земля и я его не разочаровывал, хотя для себя точно определился, что я и Гена Провоторов, и капитан Глен — хоск по рождению в одном, так скажем, флаконе, то есть теле. Как такое могло произойти, я не знал и, если честно, больше не задавался этим вопросом.

— Земляне, — ответил, подав знак пересечь нитку автодороги.

Отошли примерно на полкилометра вглубь лесного массива. Оборудовали лёжку и видя, как уже клюёт носом ашш Сошша Хааш, сказал ему первым ложиться отдыхать, предупредив, что я вернусь к дороге и понаблюдаю. Анторс возражений не имел и завалился спать.

Оставшуюся ночь никакого движения по дороге не было и когда забрезжил рассвет, я вернулся к оборудованной лёжке. Ашш Сошша Хааш уже не спал.

— Что там?

— Ничего. Никто не проезжал. Знать бы в какую сторону идти, пошли бы вдоль дороги, но вот куда? Направо или налево — неизвестно. Может, я ошибся и эти вояки тут проездом, так скажем.

— И что будем делать, командир?

— Светлое время суток отдыхаем, а ночью ещё раз подежурим. Вряд ли днём будут передвигаться по дороге.

И это оказалось правильным решением. Днём навалился откат от применения боевого коктейля, что мы в таком количестве неосторожно, но осознанно приняли. Мои мышцы сводило судорогами, голова невообразимо сильно болела, раскалываясь на части. Я едва не грыз землю от навалившейся нестерпимой боли, но всё когда-то заканчивается.

— Командир, ты как? — вечером, когда боль отпустила и ломка от применения боевых стимуляторов прошла, первое, что услышал — это вопрос ашш Сошша Хааш. Он стоял, наклонившись надомной и смоченной чем-то тряпочкой или салфеткой протирал моё лицо.

— Нормально отпустило. Сам-то как?

— Меня так сильно не ломало. Но тебя, командир, накрыло капитально. Я едва тебя удержал. Ты так извивался, бился головой о землю, что я испугался.

— Немудрено, — прохрипел, приподнимаясь, — это же ваша боевая химия, а на нас её действие не изучено, вот и получился такой результат. Вода осталась? — во время марша нам встретился ручей, где мы набрали немного воды во фляги, что были с нами и я надеялся, что она ещё осталась — зверски хотелось пить.