— Из-за него меня дважды ранили. Пришлось отложить отпуск и только сейчас, после стольких дней, проведённых под пристальным взором Одарённых мне позволили убыть в отпуск по ранению.

— Хм. Ладно. Пошёл отсчёт. Стартуем, — произнёс старший конвоя, — всем пристегнуться.

Я было потянулся, ища страховочный ремень. Не хотелось как-то с пристёгнутой одной рукой в случае нештатной ситуации болтаться по каюте, так и руку может оторвать. Но самому этого делать не пришлось. Конвойный, повинуясь приказу старшего пристегнул меня и сам улёгся на соседнюю кровать.

«Странно, — думал, лёжа ожидая старта, — вроде цивилизация анторсов относительно далеко ушла вперёд, но почему-то старт космического аппарата пережидаем в горизонтальном положении, а не в вертикальном — сидя». И тут же догадался: вряд ли это из-за отсталости технологии, скорее всего, причина в индивидуальной особенности организма анторсов, чьи кости непривычны к резким перегрузкам, а корабль-то не круизный лайнер, где всё приспособлено для удобства пассажиров, а грузо-пассажирский.

Непродолжительная встряска и меня буквально вжало в кровать. Упругоподатливое спальное место обволокло почти полностью моё тело, и буквально через несколько минут я ощутил чувство невесомости.

— Все живы?

— Все, командир, — отозвался конвойный, что расположился справа от меня. Он был самый молодой из охранников.

— Лётчик, ты как? Живой?

— Да, всё нормально.

— Вот и хорошо. Десять аханов привести себя в порядок. Мы уже на орбите планеты.

Чрезмерной перегрузки мой организм не почувствовал, сознание не терял, но с непривычки чувствовал себя неважно. Потянулся отстегнуть ремни.

— А ты, как там тебя называть, подконвойный, пока полежи пристёгнутым.

— Кормить, когда будут? — спросил, как-то машинально, так как ничего другого на ум не пришло. Но прислушался к своему организму и понял, что разыгрался аппетит. Ведь после медицинских процедур я только пил воду, а чем меня всё это время кормили, вопросом не задавался. Какими-то инъекциями, скорее всего, и как только не отравили. Хотя за столько-то времени они вполне могли изучить метаболизм и особенности организма аборигенов, ну то есть нас — землян.

— Кормить будут, не переживай. Нам приказано тебя довезти в целости и сохранности. Если, конечно, чудить не будешь.

— Смысл чудить? — пытался разговорить своих оппонентов, всё равно делать нечего, хоть поговорить, тем более язык теперь знаю и можно пусть и осторожно, но узнать то, чего не знают другие, — бежать мне отсюда некуда. Вокруг космос. Даже если перебью вас и всю команду, то что делать дальше? В спасательном боте спускаться?