— Ничего страшного, в школу тебе осенью, а сейчас только весна.

— Лето скоро. Через месяц.

— Верно. Так, что тут ещё? Это зимние вещи, это…

— Добрый день, Гена, — от неожиданности Сергей уронил обратно в багажник взятый пакет с вещами. Рядом стояла Валентина Сергеевна. Она подошла так тихо, что офицер не заметил.

— Здравствуйте, — ответил пацанёнок, пытаясь открыть замок портфеля.

— Сергей Петрович, вы всё? Обед скоро. Хотела успеть представить Гену ребятам.

— Да-да. Минутку. Ген, что ещё? Тут много чего собрали…

— Дядя Серёж, не надо ничего. Что хотел, я взял, — перехватывая с правой руки в левую портфель, ответил Гена и протянул свободную руку. — Папа говорил, что здороваться и прощаться у офицеров, принято отданием чести, но я не офицер и… спасибо за всё, дядя Серёжа, и тёте Тане, и тёте Лене, и тёте Кате. Пусть они не плачут по ночам. Всё будет хорошо.

Паренёк стоял с протянутой для рукопожатия рукой. Сергей в ответ выпрямился, отдал честь и протянул руку. На удивление рукопожатие у ребёнка оказалось крепкое, уверенное.

— Ну что, Ген, пойдём? Знаешь, кто я?

— Знаю. Вы Валентина Сергеевна. Главная тут, как командир в части.

— Верно, — вновь улыбнулась директриса, — Сергей Петрович, мы пойдём, а вас, как подъедете к КПП, выпустят. До свидания, звоните, телефон знаете.

Сергей смотрел вслед шагающей неспешной походкой женщине и идущему рядом пацанёнку.

— Вот мы больше и не увидимся, Генка. Всего тебе хорошего и… прости нас, что не смогли уговорить, — тихо пробормотал Сергей.

По возвращению в город, его встретили женщины и Михалыч.

— Рассказывай, что там и как? Генка капризничал? — первым делом с расспросами, отбив от сердобольных женщин, увёл с собой курить на балкон полковник.

— Прошло всё как-то буднично, Михалыч. Генка не капризничал. Я пробовал его ещё раз уговорить остаться с нами, но он отказался. Всё мечтает стать солдатом. Точнее — лучшим солдатом.

— Да, я помню. Он и мне это говорил. А вообще, как в интернате, что за люди? Директора, преподавателей-воспитателей видел?

— С воспитателями поговорить не удалось, встречался с директрисой. Мужественная женщина, как понял, из бывших. На интернат не похоже; скорее, как они сами называют это заведение — учреждение постоянного пребывания. Вроде как спортсменов на сборы собрали, и они живут там. Программа обучения…

— Эту бурду женщинам расскажешь, — перебил полковник, — сам какого мнения, не обманули, можно им малого доверить? Или связи поднимать и…

— Не стоит, Михалыч. Генка сам этого хотел. Не знаю, но у меня возникло ощущение, что он был готов к этому.