— Выторговать? На что?
— Спрашиваешь, — ухмыльнулся брат, — отец всё над репутацией трясся. В Фортисе я числюсь как законный наследник, если бы все узнали правду, то нас бы ждало позорное исключение из турнира за нарушение правил, — разъяснил Константин.
— Но что мешало избавиться от Михаила другими путями?
— В его возрасте люди относятся к смерти иначе, как к чему-то неизбежному. Когда он пришёл к отцу на разговор, я не чувствовал страха. Отец бы его пристрелил прямо на месте, да вот Михаил с улыбкой заявил, что все доказательства обмана находятся в надёжных руках его товарищей.
— И если Соколов умрёт, то другие донесут информацию куда нужно, — я задумчиво приложил руку к подбородку.
— Именно. Любая подозрительная смерть и правда всплывёт, даже если не по нашей вине. Ради этого отец развернул масштабный проект по разработке яда, а когда я узнал об успешном тестировании, то решил спрятать документы, выиграв немного времени чтобы предупредить Соколова.
Константин подметил, что у отца было два пути: либо убрать Михаила ядом, который на то время ещё не существовал, либо убить меня, но только так, чтобы всё действительно выглядело случайностью. Так я узнал, что отравление Семёна было не случайным. Если бы я его не спас, это сделали бы люди отца, ведь главной целью было не убийство, а создать видимость, что кто-то пытается убрать моего друга, а я бы в итоге просто попал под руку. Случайная смерть, хрен придерёшься. Это прекрасно объясняло странную аварию, в которой я чудом выжил, ведь машина принадлежала не мне, а семье Семёна.
Внезапно раздался громкий гул. Я выронил пистолет из рук и прикрыл уши, ровно, как и Константин. Раздался громкий звук десятков выбитых окон на первом этаже, а дом содрогнулся, словно от землетрясения.
— Что происходит? — выкрикнул я, заставив брата подбежать к окну.
— Морозовы. Они уже здесь.
Глава 29
— А они серьёзно настроены, — сказал я, наблюдая в окно за целой колонной людей, идущей к особняку. Забавы ради «гости» разрушали всё на своём пути.
— Они словно знали, — задумчиво выдал Константин, — пошли, время не нашей стороне.
Что-то мне подсказывало, что они скорее всего и по мою душу пришли, а братец, несмотря на свой скверный характер, всё же на моей стороне.
Мы выбежали из комнаты и направились дальше по длинному коридору второго этажа, пока не остановились у двери в библиотеку.
Я прекрасно понимал, что в столь роскошном особняке должно быть как минимум несколько путей отступления для подобных ситуаций, по крайней мере тот самый туннель, через который я проник в прошлый раз, являлся одним из них.