— Убивать людей запрещено их законами, господин. А мирные протесты разрешены.

Директор одной из крупнейших госкомпаний Мьянмы, приехавший подписать договор о поставках в Корею металла, посмотрел на подчинённого с искренним удивлением.

— Как это? А если кто-то выйдет с плакатом, что ему не нравится президент? Они его что не убьют?

Сидящий напротив бирманец качнул головой.

— Это запрещено законом, господин.

Юноша презрительно поморщился.

— Слабаки. Как только до сих пор существуют?

Переводчик, почтительно склонил голову, соглашаясь с мудрым суждением. Улови его временный повелитель хотя бы намёк на слабый уровень его интеллекта и этого будет достаточно. Если повезёт и не убьют прямо здесь, то как минимум вышлют назад. Чего доброго отправив сражаться против мятежников. Где шансов выжить у него будет совсем немного.

Лимузин остановился и снаружи сразу же показался спешащий телохранитель из машины сопровождения. Распахнув дверь, мужчина согнулся в поклоне и Тхун Лин шагнул наружу. Посмотрев в сторону ограждения, за которым стояли протестующие, указал рукой на громко скандирующую группу, державшуюся особняком.

— А эти чего хотят?

Выбравшись из машины дипломат, повернулся, разглядывая группу молодых мужчин с повязками на руках. Прислушался. Потом пожал плечами.

— Свободы для какого-то Джи Сок Ра. И величия для Кореи.

О недавнем громком деле, бирманец естественно был в курсе. Но решил не рисковать, рассказывая о нём сопровождаемому лицу. Корейского тот не знал, но вот ломаным английским более или менее владел. Чего доброго решит поинтересоваться у президента, что за хаос творится в его стране и почему одни прокуроры арестовывают других прокуроров?

Глава военного правительства сменился совсем недавно. И пост свой занял отнюдь не за счёт кругозора и высокого уровня интеллекта. Основным фактором стало наличие двенадцати тысяч лояльных ему и опытных солдат. В итоге полсотни генералов и офицеров, составляющих костяк старого правительства, лишились жизни, а политик, которого они до того использовали в качестве ширмы прикрытия, гордо называя президентом, отправился в тюрьму. По официальной версии, конечно. На самом деле, скорее всего давно был мёртв. А полковник, что незадолго до мятежа сам себя произвёл в генералы, стал новым главой страны. Немедленно принявшись подгребать под себя всё, что могло принести прибыль и находилось на подконтрольной ему территории.

Сын нового главы государства на момент задержался, рассматривая протестующих. Сокрушённо поцокал языком. И наконец двинулся к ступеням, которые вели ко входу.