— Вероятно, внутренние повреждения, — тяжело выдохнул профессор, а потом спросил сестер милосердия: — Паренек-то ведь в себя пришел и разговаривал. Кто за ним ухаживал?
— Я, — ответила одна из девушек, глотая слезы. — Он еще шутил, что после такого ему сам черт не страшен. Собирался на завод устроиться, родне в деревню деньги отсылать, а то ртов-то их много у отца с матерью.
— Не про то спрашиваю, — прервал ее профессор. — Судно за ним выносила? Крови не заметила?
— Так он сам до туалета ковылял, ни разу в судно не сходил. Стеснялся, — ответила сестра милосердия.
Блин, настроение — ниже некуда, а ведь еще больные нас ждут. Где же доктора, обещанные господином Плеве? Сейчас лишний раз убедился, что призвание медика не для меня, но раз за дело взялся, его необходимо до конца довести.
— Иван Макарович, выпей, а то на тебе лица нет, — протянул мне профессор стакан.
Медленно пил и понимал, что Семен Иванович мне чистого спирта дал. Тем не менее, допил до конца, но почти сразу почувствовал, как меня повело. Стресс, да еще на голодный желудок, — не удивительно. И надо же, в этот самый момент, когда за стену держусь, в операционную вошла Сима и что-то говорила, но слов ее мой мозг расшифровать не мог: простой набор звуков. А тут еще и головокружение подоспело, умом понимал, что стена не может шататься, но я ее постарался удержать.
Глава 11 Предложения
Глава 11. Предложения
Каким образом я оказался в одной из палат — не помню. Странно, но голова не болит, в отличие от простреленного плеча. Даже ребра — и те не ноют, а вот рана тревожит, вчера ее никто так и не обработал, по повязке вижу. Н-да, еще ко всему прочему и лихорадит, что-то пошло явно не так. Скорее всего, какая-то грязь осталась, и теперь придется вскрывать рану и прочищать. Но сперва необходимо понять причину: вдруг банально плечо застудил. Такое возможно, но сам себя в данном случае не осмотришь, в палате зеркало отсутствует, да и со стороны спины в любом случае ничего не увижу. Кстати, рана — раной, а привести себя в порядок необходимо. Щетиной оброс, если в моем мире это считалось пусть не нормой, то модным, здесь же это моветон. Да и зубы нужно почистить, а то привкус во рту противный. Стараясь не вспоминать вчерашние события, которые случились в операционной, добрел до туалетной комнаты, где кое-как себя в порядок привел. Зубы не почистил, щетину не сбрил, зато облегчил мочевой пузырь и умылся. Н-да, сразу же встал вопрос еды — организм молодой, да и с болячками бороться ему нужно. Побрел на кухню.
— Митрофановна, дай чего-нибудь пожевать, — после приветствия попросил кухарку.