— Поговорили? — заглянул в палатку полковник и предупредил: — Еще с тобой пара человек познакомиться изволит.

Ответить ничего не успел, Семен Михайлович исчез, а на его месте показался дородный мужик с окладистой черной бородой и массивными перстнями на пальцах.

— Мне нужен охранитель, три тысячи в год и довольствие. Сам я купец первой гильдии Парфенов Кузьма Петрович. Согласен? — сходу заявил купец.

— У меня нет звания охранителя, — чуть развел я руками, — согласиться пока никак не могу, да и обязанностей не знаю.

— Пять тысяч! — сел он напротив меня и кулаком по столу грохнул.

Блин, как только стол выдержал? Да такому представителю купечества никакой охранитель не нужен, двинет кулаком оппонента — и можно молебен заказывать. Минут пять отнекивался и пообещал подумать, если звание получу. Непонятен этот персонаж, силен, при деньгах, чувствуется, что и черта не боится. На хрена ему я? Если только для престижа, но мог бы нанять родовитого и титулованного выпускника.

Следующим визитером оказалась дама. Давать оценку возраста неэтично, но она явно годилась мне в матери или даже бабушки. Но бриллиантами сверкала, глазки из-за раскрытого веера строила напропалую, и такое чувство, что готова меня прямо в офицерской палатке изнасиловать. Княгиня пообещала снять, а впоследствии и выкупить для меня квартирку, обеспечивать всем и вся, но оплату посулила пару тысяч, без учета подарков. Охранять ее необходимо в основном по ночам: очень она темноты боится и переживает, что в ночи явится злобный маньяк. Меня чуть смех не разобрал, право слово! Никогда не приходилось слышать, как совращают престарелые дамочки молоденьких любовников. Ушла от меня княгиня в гневе: осторожно ей намекнул, что на подобную работу идти не собираюсь и она может на мои услуги не рассчитывать.

Зашедший сразу после дамы полковник отер бисерки пота на лбу и полез в сундук, из которого достал початую бутыль коньяка и два стакана. Молча разлил по половине и кивнул мне:

— Пей — заслужил!

Ну, хоть и на голодный желудок, но от угощения отказываться не стал. Не хватало еще мне директора школы против себя настроить.

— Иван, тебе Петр Евграфович велел кланяться и передать на словах, что поставил тысячу рублей на твою победу.

— Победу? — обескураженно произнес я.

— Ага, — потер полковник переносицу, — сам в раздумьях. Ставки сейчас небывалые, ставят как против тебя, так и на. Если займешь одно из первых трех мест, то куш сорвешь приличный. И вот еще что, Олесь привет передал и просил не обижаться, дела у него важные. Со своей стороны — подтверждаю, но, извини, рассказать не могу.