Москва встретила нас мелким противным дождем и порывистым ветром. Пока ехали к дому графини, а он расположен недалеко от центра, я в задумчивости оглядывал улицы. Окраина мне показалась захолустьем, но, подъезжая к центру, с удивлением и радостью обнаружил столбы с лампами, а в некоторых особняках и проблески света от электричества. Кстати, столбы связаны между собой настоящим электрическим кабелем и протянутым телеграфным (уточнил у Лаврентия).

Особняк графини и в самом деле богатый. Дом в три этажа, с колоннами, эркерами и балкончиками, стоит в окружении деревьев. На первый взгляд, территорию оценил соток в пятнадцать, и это в центре Москвы! В моем мире представить подобное нереально. В дом протянуты кабели и есть электричество, это сразу же в глаза бросилось, как только поднялись по мраморной лестнице. Кстати, Мария не отправила меня с Лаврентием на «задворки», коротко сказала:

— Пошли в дом. — Девушка не стала расшифровывать свои слова.

Лаврентий хотел было возразить, но прищуренный взгляд хозяйки заставил его оборвать начало фразы.

Пара служанок суетилась вокруг своей госпожи, охали и ахали, причитали и вроде бы искренне радовались, что та выглядит лучше. На первый взгляд, не играли и в самом деле довольны, но на меня поглядывали с интересом. Я же пытался оценить масштабы богатства дома и… никак не мог. Нет, подозревал, что тут одна мебель стоит столько денег, что мне никогда и не снились.

— В малой гостиной накройте стол, — прозвучал приказ графини.

— Позвольте уточнить — на сколько персон? — чопорно уточнила рыжая горничная, чуть младше Марии.

— Дашка! Не видишь, что нас трое⁈ — приподняла бровь Мария Александровна.

— Лаврентий и этот паренек? — оценивающе посмотрела на меня Даша.

— Да, Ивану тоже столовые приборы подать, — процедила графиня и сощурила глаза.

— Поняла-поняла! — воскликнула горничная и, подхватив под руку свою напарницу, потащила ту в один из коридоров.

— Мы пока в библиотеке будем, — крикнула им вдогонку Мария и головой покачала, а нам с Лаврентием сказала: — Пошли, поговорим.

Мы со слугой недоуменно переглянулись. Похоже, план, по которому я должен был столоваться с челядью, претерпел изменения, и об этом мы сейчас и услышим. Действительно, Мария Александровна не пожелала меня оставлять без присмотра. Так об этом и заявила, продолжив, что ей предстоит договариваться о своем протеже, чтобы тот попытался сдать на охранителя, и было бы странно, что парня она бросила на произвол судьбы.

— Гм, сплетни пойдут, — осторожно сказал Лаврентий. — И так Прошка может о чем-то догадываться, он не все время в беспробудном состоянии находился. А кучера-то нашего сейчас на конюшне любопытные пытают.