Все столики были заняты молодыми людьми как внутри помещения, так и возле него. Единственное свободное место оставалось перед барной стойкой.

Жан-Поль взгромоздился на один из трёх высоких деревянных банных стульев. Его высокий рост и мускулистая фигура привлекали внимание окружающих. Студентки провожали его фигуру такими взглядами, какими мужики рассматривают симпатичную девушку, которая в летний зной не надела лифчик под полупрозрачную блузку.

Светло-синяя футболка не скрывала мускулистых рук и обтягивала могучий торс. Обычные синие джинсы облепили его могучие ляжки.

Невысокий бармен — парень-индус с короткими чёрными волосами и в белой рубашке обратился к нему:

— Месье, что будете заказывать?

Не успел Жан-Поль ответить, как чувство опасности взвыло. Опасность исходила со стороны входа. Тело Каца отреагировало раньше, чем он успел осознать, что за опасность. Он соскочил со стула на ноги и обернулся в сторону выхода.

В этот момент в кулинарию зашли трое парней на вид лет двадцати. Все они были среднего роста и телосложения, а также имели ничем непримечательную внешность. Глядя на них, можно сказать, что они обычные. Короткие русые волосы, ничем незапоминающиеся европейские лица. На таких посмотришь, а потом не вспомнишь. И одежда их была подобрана аналогично: обычные синие джинсы и черные футболки.

При взгляде на эту троицу Жан-Полю стало понятно, что именно они представляют угрозу. Чуйка подсказала, что им ни за что не надо давать заговорить и им нельзя смотреть в глаза. При этом он был уверен, что это не люди. Они выглядели как люди, но являлись кем угодно, но не представителями человечества. Если посмотреть им в глаза и услышать их голос, то можно навечно потерять себя.

После этого он больше не сомневался ни мгновения. Правая рука сама потянулась к барному стулу, на котором он только что сидел.

В это время двое из этой троицы заняли стратегическое место у выхода из кулинарии. В такой позиции удобно перехватывать клиентов и не давать им покинуть помещение, пока идёт отработка сознания.

Их третий товарищ вышел на середину зала у левой стены, откуда открывался на него вид со всего помещения, и начал говорить:

— Молодые люди, попрошу немного вашего внимания… — Кац не смотрел ему в глаза, но если бы глянул туда, то увидел бы, как они начали мерцать потусторонним синим сиянием в такт словам. Сама речь звучала в странном ритме, который отзывался в мозгу успокаивающими нотками. Хотелось обернуться, посмотреть на мужчину и внимательно его слушать.

В следующее мгновение запущенный крепкой рукой Жан-Поля стул врезался в говорившего. Деревянный предмет мебели разлетелся в дребезги, при этом «лектор» лишь покачнулся. На его лице не отобразилось никаких эмоций. Он и его напарники перевели внимание на здоровяка, который со скоростью галопирующего единорога сорвался с дальнего конца зала в их сторону, а это под шестьдесят километров в час.