— И что с ним будет? — поинтересовался ящер.

— Зависит от тяжести преступления и доказанности вины, — пожал старик плечами. — Могут на волю отпустить, а могут на каменоломни отправить. Но это вряд ли, поскольку он там будет бесполезен.

— Вот бы меня отпустили… — мечтательно протянул Ящер. — Может, мне прикинуться таким же поехавшим?

— Во-первых, сначала надо через душегубку пройти и при этом не поехать по-настоящему. Во-вторых, сыскари не идиоты. У них проверкой ментат занимается. Такого дурня как ты на раз раскусят.

Когда принесли ужин, дед обратился к стражнику:

— Начальник, за что попал парнишка, которого к нам сегодня привели?

— Мелкий, что ли?

— Ага, мелкий.

— Тысячника грохнул на глазах всего гарнизона. Тот ему пригрозил вроде как, а этот только после войны вернулся, и разговаривать не стал — сразу его пришил.

— Ветеран, значит… А кандалы с него чего не сняли?

— Так он же маг. Сбежит ещё.

— Начальник, ты серьёзно? — приподнял брови старик. — Он же после душегубки умом тронулся.

— Тем более пусть в каналах походит! Вдруг чего выкинет, — стражник продолжил дальше разносить еду.

Не прошло и часа, как Жан-Поля вывели из камеры, после чего сняли с него кандалы. Его поволокли через всю тюрьму, вывели за пределы крепости и дали пинка под зад.

— Вали отсюда, бесполезный мусор! — сказал ему вслед старый знакомый стражник, который до этого был с ним груб.

— А ты отчаянный парень, — обратился к нему напарник.

— С чего это?

— А если у него мозги на место встанут, и он тебе припомнит унижение?

— После душегубки-то⁈ — усмехнулся первый. — Ху-ху-ху! Ты же слышал слова рыжей сучки?

— Слышал не хуже тебя.

— Раз она сказала, что у него мозги набекрень, значит дело верное. Его не казнили только потому что он всё ещё числится архимагистром. Ху-ху-ху! Умалишённый архимагистр. И чего его не прибили?

— Зря смеёшься. Если тронуть одного, пусть и свихнувшегося мага такой величины, остальные знаешь, как будут недовольны? Подумают сразу: а вдруг завтра со мной такое случится? Могут и короля свергнуть, и в другую страну сбежать. Таких магов везде примут с распростёртыми объятьями.

— Скажи ещё, что и этот мусор примут, — усмехнулся первый.

— В таком состоянии вряд ли, а вот будь он в здравом уме…

Стражники удалились. Жан-Поль оказался на свободе, что послужило триггером к активации выхода из состояния отрешённости. Он заморгал, осознал обстановку, и начал медленно брести вперёд, продолжая изображать из себя зомби.

Он помнил всё, что с ним случилось. Невольная измена вызвала у него отвращение. А вот то, что ничего такого с ним не произошло в тюремной камере, его обрадовало.