У Виктора просто не хватало образованных людей и он очень просил виконта предоставить ему их.
В этом мире, где образование доступно лишь знати и купцам, крайне сложно найти такого человека, который согласится отправиться на окраину к неизвестному барону, а если таковой и найдётся, скорее всего, у него будут либо какие-то нехорошие умыслы, либо прошлое, от которого он пытается сбежать.
Но прямо сейчас Виктор готов был принять даже владыку демонов, лишь бы решить пока ещё маленькую проблему с административными вопросами.
Закончив раздавать приказы, он направился к Линее, которая со слов горничных уже пришла в себя и смогла даже самостоятельно позавтракать.
Поднявшись на второй этаж, он постучал в деревянную дверь обшитую металлом, которая больше походила на дверь в укреплённый амбар, нежели на дверь в комнату аристократа и, получив разрешение, вошёл внутрь.
В комнате он обнаружил Лулу, что открыла ему дверь, а войдя, он беглым взглядом осмотрел её и, не заметив ничего подозрительного, прошёл к кровати, в которой полулёжа отдыхала Линея.
Она была одета в какое-то платье, судя по всему, это была какая-то повседневная одежда из материала похожим на лён, но сейчас не время было отвлекаться на посторонние вещи. Взяв стул у стены, он поставил его у кровати девушки.
—
Почему вы не сообщили о своём здоровье? — сурово спросил Виктор.
—
Я не считаю, что должна рассказывать обо всём, что со мной происходит, — гордо ответила девушка, пытаясь при этом сесть ровнее.
—
Дура! — громко воскликнул Виктор не удержавшись, глядя на неё.
Вся комната замерла, было ощущение, что все даже перестали дышать, а Линея смотрела на лорда, словно он наложил на неё какое-то проклятье и она вот-вот умрёт.
—
Ч-ч-что вы себе позволяете⁈ — возмущённо спросила девушка.
—
Это что я себе позволяю? Идиотка! — он совсем не собирался останавливаться и «спускать подобное на тормозах».
Девушка потеряла дар речи и только шевелила губами, словно рыба, пытающаяся дышать, когда её вытащили на берег.
—
Вы подумали, что бы случилось, умри вы на моей территории? — спросил Виктор.— Как я должен был объяснить вашему отцу, что это не я вас убил?
Это то, что его волновало, потому что это был хороший такой повод для объявления войны, ведь даже в случае победы он бы потерял множество солдат, а самое худшее — пролилось бы множество крови крепостных, которых барон Клинт без зазрения совести погонит на смерть, чтобы числом задавить солдат Балтес.
По лицу девушки стало понятно, что она только сейчас об этом задумалась и, судя по всему, поняла всю серьёзность ситуации.