— Хорошо, я честно отвечу на два твоих вопроса. Спрашивай.

Теперь главное — подобрать правильные формулировки, чтобы не нарваться на односложный и неинформационный ответ. Например «да», «нет» или «не знаю».

— Что ты знаешь о следующей миссии в город гоблинов?

— Я уже говорила, что ты очень жадный юноша? Но это так не работает, конкретизируй, что именно тебя интересует. Обещаю, я буду играть честно, без этих хитростей в духе Гермеса.

— Хорошо. Когда наступит следующая миссия в город гоблинов?

— Не знаю.

Я промолчал, смотря ей прямо в глаза. На тот случай, если где-то внутри ещё осталось немного совести.

— Ладно, просто шучу. На самом деле, такие вещи сложно предсказывать, но времени почти не осталось. Сутки? Двое? Трое? И в любом случае это произойдет до падения нашей защиты.

Осталось: 3 дня 16 часов 05 минут.

Итого, таймер главной миссии мог загореться и через минуту и через восемьдесят восемь часов. Мило, но всё лучше, чем очередной цикл бойни…

— Так мал… — я осекся, поняв, что едва не задал вопрос. Впрочем, это не было настоящей ошибкой, скорее, мне нравилось дразнить собеседницу. Кто бы мог подумать, что у меня имеются суицидальные наклонности?

— Что ты хочешь узнать ещё?

Узнать я хотел многое, но всё это не тянуло на божественную награду. Могут ли боги читать мысли? Следить за людьми? Следят ли лично за мной? Каковы их возможности? Всё это интересно, но, по сути, без этих ответов я как-нибудь проживу. Как будет протекать миссия в город гоблинов? Сколько игроков туда отправятся? Скоро узнаю сам. С учётом потерь последних недель вряд ли кто-то из ветеранов сможет избежать участия. Ну а раз так, то…

— Я хотел бы поменять вопрос на просьбу.

— Неравноценная замена, но попробуй. Почему нет?

Попробовать? Мелькнула мысль попросить что-то значительное, чтобы получить отказ, а потом высказать желание поменьше, но такие игры слишком опасны. Никто не любит, когда его держат за идиота. Велика вероятность не получить ничего, кроме недовольства союзницы. В идеале выполнение моего желания должно быть выгодно нам обоим.

— Я хочу воскресить игрока изсписка мёртвых .

— Кого именно?

Откровенно говоря, я не ожидал, что она согласится так легко. Однако сам вопрос довольно сложен. Среди павших союзников было немало тех, кто служил Гере: Маркус, Спартак, Татра, Алиса, Белла, Айрин, Луна…

— Я смогу дать ответ, только когда увижу список.

— М-м-м… Хорошо, смотри…

Внимание! Вы получили информационный пакет!

Передо мной появился экран, на котором шли «фотографии», ники, уровни. Список оказался достаточно короткий, всего девятнадцать имен. И когда я дошёл до конца, то окончательно похоронил всех, кроме двоих. Татра или Спартак?