— Эта шконка занята.

Я сделал вид, что не обратил внимание на говорящего, и ждал пока освободиться моё новое пристанище. Парень взглянул на крупного мужчину, а затем перевёл взгляд на меня. Внутри зарождалось сжигающее чувство злости, и я был готов схватить бедолагу за грудки и вышвырнуть прочь.

— Пассажир! — Вновь раздался голос человека. — В уши долбишься? Сказано, место занято.

После этих слов за спиной послышались множество шагов. Местные вставали из-за стола, а те, что отдыхали на койках, прижались к стенам. Я знал, что в помещении находились камеры наблюдения, и в тот момент за нами наблюдали охранники. Мне не хотелось устраивать побоище, тем более хоть я и являлся пользователем, мне крайне не хватало навыка рукопашной подготовки.

В тот момент в голове раздался голос Далласа, который со смехом принялся рассказывать, как он с новичками только что зачистил целую поляну тварей. Так же он рассказал, что аборигены стали привыкать к мысли о новом соседстве, хоть и старейшины всё еще были против. Техасец не забыл упомянуть, о стабильном сборе капсул, и поинтересовался, когда я загляну на огонек. Я не стал говорить ему о сложившейся ситуации, прекрасно понимая, как он отреагирует, поэтому ответил коротко: «Всё окей, разбираюсь с ситуацией, свяжусь позже».

В момент, когда мы закончили свой маленький разговор, я почувствовал тяжёлое дыхание за спиной, словно надо мной навис разъяренный минотавр. Всё что я мог сделать в этой ситуации, это коротко намекнуть на собственное превосходство, однако не стоило показывать это перед камерами. Сотрудники явно знали о моих способностях, но применять их на практике, добавит потенциальный срок.

По этой причине я раскрыл левую ладонь, из которой тоненькой змейкой показалась нить. Подобный жест должен был отпугнуть моих новых соседей и показать, что со мной лучше не связываться. Сработало не совсем как я предполагал. Да, несколько человек всё же отступило, а когда я обернулся, лысый вожак по-прежнему смотрел на меня озлобленным взглядом.

Я опустил голову, и обнаружил, что он держал в руках нож. Нет, не заточку или некое подобие самодельного оружия, а настоящий нож. В тот момент у меня больше не осталось сомнений касательно происходящего. Не знаю, были замешаны ли в этом сотрудники изолятора, или пару человек, чей карман заметно потолстел.

Нечто мне подсказывало, что нож оказался у него не просто так, и направленный на меня клинок, дожидался моей крови. Я открыто прочитал намерения человека в его глазах, и понимал, что конфликта не избежать. Вопрос по-прежнему оставался открытым, кто и главное по какой причине хотел моей смерти.