Глава 16
Тесты, если их можно так назвать, дали пищу для размышлений. Бывший воин администрации, а ныне девчонка-НПС, был проверен вдоль и поперек. все та же девушка-непись, с тем же количеством хитов, показателями атаки и защиты, точнее абсолютно без оных. Как оказалось, интерфейс НПС не предназначен для глаз пользователей, потому и не несет никаких данных — просто смотришь на мир, так же, как и на земле. Шкалу жизни не видно, имен героев не видно, вообще ничего не видно, просто мир, ничем не отличимый от реальности. Видимо конкретно этому персонажу, этой НПС не вменялось никаких действий. Обычная деревенская девушка, чей задачей было просто шляться туда-сюда, своего рода массовка. Таким не нужна информация о игроках, их здоровье и прочем. Словам «Трансвестита», как мы начали называть воина-переселенца, я разумеется не поверил, поэтому проверил все своими руками, точнее Шнурком. Подключился змеем к его нервной системе и смотрел его, или ее? Как правильно? В общем смотрел глазами этого мутанта.
«Трансвестит» не солгал, мир и правда был неотличим от реала, никаких иконок не было, навыков тоже, так что все способности, которыми он обладал, очевидно остались в старом теле. Проверить выход из игры не получилось так как игрок был отречен, надо попробовать поймать кого-то, кто еще не отрекся, и заменить телами с кем-нибудь, кого не жалко. Узнав от переселенца все, что собирался, я попробовал убить НПС, но гадина, возродилась в своей деревне. Оставлять ЭТО на свободе было нельзя, так что теперь у нас в инферно, в моем замке, появилась новая прислуга. Все конечно же были в курсе, кем эта девушка была совсем недавно, и постоянно стебали и подкалывали воина-транса. Некоторые даже предлагали провести пару тестов, скажем так, в горизонтальном положении, но пока никто не решился. Я уж подумывал не про щели будет прибить бедолагу окончательной смертью, но после возвращения Машки из забвения, я не представлял, что там по ту сторону, возможно все еще намного хуже. Машка… Я тяжело вздохнул и поднялся с кресла, надо сходить ее проведать, в последнее время она ведет и чувствует себя все хуже и хуже. Покинув кабинет, я направился к своим покоям. Там, в комнате с занавешенными окнами Машка проводила большую часть времени, помаленьку сходя с ума, при этом наотрез отказываясь говорить, что же такое с ней произошло после смерти. Едва свернув в нужный коридор, я услышал крики. Двое охранников, которые за каким-то хером постоянно таскались со мной, вскинули свои мечи, из тени на полу выскочил Шэд — он тоже завел привычку крутиться неподалеку, перепрыгивая из одной тени в другую. Через мгновение мы уже выносили двери в комнату, готовясь рвать и резать, но замерли на пороге, словно натолкнувшись на невидимую стену — Машка сидела на полу, держа на ладони свои же собственные глаза. Услышав нас, девушка подняла голову, взглянув на меня пустыми глазницами, от чего по моей спине стаей носорогов пробежали мурашки. По ее щекам, словно слезы, тянулись кровавые ручейки, она тихонько всхлипывала и что-то шептала…