С такими мыслями я докурил свою сигарету и, потушив бычок об стену, выкинул его в ту же урну. Сразу же за этим прошёл внутрь и осмотрелся.

«Наконец-то, всё приходит в порядок», — подумал я, оглядывая приятную обстановку. Совсем недавно здесь было всё разгромлено и захламлено. Сейчас же стены были частично отремонтированы, а дыры в бетоне и гипсокартоне заделаны штукатуркой и покрашены. Если не всматривается вплотную, их даже не видно.

Ящики с оружием аккуратно были собраны и отсортированы возле дальней стены, вокруг которой поставили что-то в виде загородки из сетки рабица. Не хватает для полноты картины часовых и колючки по её вершинам или же подведённого тока.

Так, стоп, а что эта за пара аккумуляторов примостилась по ту сторону забора?

Внимательно присмотревшись, я отметил про себя, что эти утырки всё же подвели к сетке напряжение. Умно, но вряд ли от магов и одарённых это спасёт. Но хотя бы от обычных «бедолаг» они немного защитились. Тем более стоит похвалить за проявленную внимательность и сообразительность. Вот так вот у нас тут появилась своя комната для хранения оружия. Превращаемся потихоньку из обезьяньего стада в какое-никакое подобие военизированного формирования.

Ещё раз окинув взглядов всё это великолепие, я отправился в комнату отдыха, где меня дожидалась «Неистовая четвёрка», готовая к бою. Что ж, не будем заставлять их долго ждать. Работа и задания не ждут.

* * *

Тем временем в одной из городских больниц находился один из главарей криминального Петербурга. Это был пожилой, но крепкий мужчина. Он лежал на больничной койке и дышал через кислородную маску. Его тело покрывали наколки, по которым можно было прочитать весь его путь в преступном мире.

Когда-то, примерно пятьдесят лет назад, самый обычный петроградский мальчик по имени Богдан Перепелицын остался без кормильца. Его мать нигде не работала, а отец обеспечивал всю семью, работая на опасном производстве. В тот день произошла авария, и мужчина погиб. В конечном итоге мать не смогла справиться с навалившимися трудностями и начала пить. Богдан был предоставлен сам себе.

Он пытался учиться, но в то же время голодал. Это толкнуло его на преступный путь впервые. Мальчик украл еду у соседей. Он понял, что проще сделать так, чем где-то трудиться. Вскоре его мать за систематическое пьянство и неисполнение родительских обязанностей была лишена родительских прав, а мальчика определили в детский дом. Но он оттуда сбежал и осел на окраинах города, став беспризорником. Он связался с такими же ребятами, которые сами себе хозяева.