Богдан стал щипачём, или вором-карманником. Меньше чем через год он залез не в тот карман и впервые был пойман, после чего отправился в колонию для несовершеннолетних. Благодаря внутренней силе воли и настоящему чуду его психика там не сломалась. Зато с первой судимостью он заработал первый авторитет среди своих товарищей. А потом снова был детдом и снова побег.

К своему второму тюремному сроку Богдан уже был совершеннолетним, а на зоне ему дали прозвище Король, которое стало его вторым именем. Вот так год за годом его авторитет становился крепче и крепче, дела становились всё серьёзнее и серьёзнее. Чего стоит одна только его операция с мебелью, которую перевозили из

Дании в девяностых. На определённом участке маршрута крупная партия дорогой мебели исчезает, зато обогащаются все, кто были в доле. Естественно нашли виновных, которые были за это наказаны, но позже исчезли и они, умерев в местах лишения свободы по разным причинам. В основном это были самоубийства в ночное время. Богдан, хоть и занимал тогда должность в торговой фирме, занимавшейся транспортировкой, смог выйти сухим из воды. Вот так на какое-то время он залёг на дно, женился на женщине старше его на двадцать лет. Его жена работала на медицинском предприятии, которое производила тогда дорогой препарат. Она устроила туда и самого Богдана. Через два месяца с завода уходит крупная партия препарата. Неизвестные уничтожают охрану и угоняют грузовик.

Учитывая, что это был государственный заказ, пострадал почти весь штат предприятия в той или иной степени. Богдан Король отделался только штрафом и увольнением. А его жена через месяц умирает от обширного инсульта.

Уже будучи в годах, авторитет Короля не подлежал никакому сомнению. Весь кипеш решался либо через него, либо в его присутствии. Сейчас же Король попал в больницу после того, как Коля Стеклянный Глаз применил магический артефакт.

Богдан пребывал в глубокой коме, но современная медицина знала своё дело. Вот так, день за днём, Король возвращался из небытия. И вот наступил день, когда он снова открыл глаза. Это было тяжело сделать, веки словно стали свинцовыми.

Ещё какое-то время понадобилось, чтобы вспомнить последнее, что произошло.

Когда всё это было сделано, Богдан издал протяжный стон. Дверь открылась и зашла медсестра, а вслед за ней — лысый здоровяк.

— О! Король, приветствую! — начал он, искренне улыбаясь, и тряся руку.

— Мужчина, успокойтесь! Вы — в больнице, а не на базаре! Не кричите! — сказала медсестра.

Лысый потупился, отступил на шаг и поднял руки вверх.