Глава 1
Жлобинский район
4 июня 1942 год
Я рванул изо всех сил к зарослям, скользя по раскисшей земле и на ходу выхватывая из ножен финку. Распутывать узлы и освобождать Акима, времени не было. Проносясь мимо дерева, я швырнул нож за ствол, метя прямо к связанным за спиной рукам паренька.
— Давай, боец, скорее! — бросил я.
Аким мгновенно все понял и нащупал пальцами холодную сталь. Толстая веревка, до этого намертво впивавшаяся в грудь и запястья, под проливным дождем намокла. Вода сделала свое дело: ствол дерева и кожа стали скользкими. Аким до предела напрягся, вытянулся всем телом и, извернув кисти, стянул связанные руки чуть ниже по стволу — туда, где хватка веревки немного ослабла. Ловко перехватив мокрую рукоять финки, он принялся остервенело пилить набухшие путы.
Я уже готов был ворваться в малинник, когда оттуда, разорвав шум ливня, грохнул сухой выстрел. Знакомый, ни с чем не сравнимый звук трехлинейки. В ту секунду мне показалось, что это самый лучший звук, который я когда-либо слышал в своей жизни.
Тяжелый ком, сдавивший грудь, вмиг испарился. Она жива! Отстреливается, значит, жива! Паника мгновенно ушла, уступая место жгучему, бьющему по нервам адреналину.
Не раздумывая больше ни секунды, я кинулся через стену дождя в заросли ей на помощь.
Я влетел в малинник, совершенно не замечая, как колючие ветки рвут кожу и одежду. В горячке боя боль совсем не чувствовалась. Сквозь мокрые листья я увидел Лизу — она укрывалась за стволом рухнувшей осины. Услышав треск веток, она резко передернула затвор и вскинула мосинку, целясь прямо в меня.
Узнав, на мгновение замерла. Я тут же бросился к ней и рухнул в грязь рядом. Лицо ее было совершенно обескровленным, а правое плечо гимнастерки стремительно темнело от влажной крови. Взгляд Лизы потеплел, и на губах мелькнула слабая, но полная искренней нежности улыбка. Напряжение разом отпустило ее: ствол винтовки пополз вниз, и девушка бессильно завалилась спиной за дерево.
Но слабость эта длилась лишь секунду. Лиза тут же подобралась, зашипела от боли и цепко ухватила меня за рукав.
— Пригнись, — выдохнула она, тяжело дыша. — Не взяла я его. В кустах засел… выцеливает.
Она сглотнула, бледнея на глазах, но спросила твердо:
— Командир их где? Ушел?
— Ушел, — я плотнее вжался в мокрую землю. — Где-то прячется.
Лиза вдруг дернулась ко мне, едва не вскрикнув от боли в пробитом плече. В глазах мелькнул испуг:
— Аким… Аким-то где⁈ Ты мальца там одного кинул⁈
— Жив Аким, — быстро ответил я, силой прижимая ее к земле за здоровое плечо, чтобы не высовывалась. — Нож я ему скинул. Сейчас перережет веревку и догонит.