— Подумал, что вместе пойдем. — Николай осмотрел сбившихся в стадо крестьян. — Разбегутся ещё. Так оно надежнее. Сема, есть в хозяйстве брезента кусок? Выдели, пусть навес себе построят. Диня, ты рядом с ними стой, мало ли что.

Женщин сразу же погнали к костру, готовить. А мужчин заставили переносить вещи и копать яму под туалеты.

Денис вышел за Зеркало, отправил заказ Валерьичу на лопаты, топоры, пилы, ткань. Вернулся, широко улыбнулся.

— Указание выполнено. Все будет, машину заказал, утром приедут на Газели.

— Эх, в душ бы… — Вздохнула Светочка. — Дениска, домой-то, когда уже? Я хоть маме позвоню! Выпусти, а?

— Не положено, Свет, сама ж знаешь. — Твердо сказал Денис. — Вот выйдешь ты, а вдруг межмировой переход закроется, и все мы здесь застрянем? Илья Валерьевич велел не ходить без нужды. Хочешь, сообщение напиши кому надо, я телефон на ту сторону перенесу, отправлю.

— Да, а так можно? — Заулыбалась Светочка.

— Да, мне бы тоже сообщение отправить. — Сказал Виктор. — Я на минутку, сразу вернусь.

— Нет. — Ответил Дениса. — Илья Валерьевич приказал никого не пускать.

Виктор посмотрел на Дениса. Лицо у того выражало скуку с капелькой презрения. Николай, стоявший шагах в пятнадцати, медленно снял с плеча Сайгу. Внимательно осмотрел затвор, магазин, назад, на плечо, не повесил.

И тут Виктор поймал взгляд Дениса. Решительный, насмешливый взор, наполненный нехорошей уверенностью в себе и своей правоте. Ружье Денис держал наперевес, ладонь мягко смещалась на цевье. Перехватить оружие — дело секунды, и ствол будет направлен на Виктора.

Люди эти уже поняли, что оружие рождает власть. Они попробовали это, робко куснули и неожиданно откусили большой кусок той власти, которую оружие может дать над другими людьми. И видно, что вкус понравился, теперь они никогда от этого не откажутся, будут рвать куски этой власти снова и снова, и каждый кусок будет все больше и больше, и всегда будет мало.

А рано или поздно они попробуют сделать со своими то же самое, что так легко получилось с чужими. Если уж начистоту, то они уже начали это делать, пока ещё того не осознавая, но скоро войдут во вкус…

Человек вооруженный получает довольно много власти над безоружным. Даже если они находятся на одной стороне баррикад.

Виктор вдруг обрадовался, что у него тоже есть ружье, и огорчился, причем даже не тому, что оружие не с ним, а тому, что никак не было времени научиться этим оружием пользоваться. И ведь предлагали ему в тир сходить, и за город съездить, пострелять, отговаривался тем, что турист с оружием уже не турист, а охотник, а к охоте склонности не имеется.