Четвёртая партия — а фишки медленно перетекают к подло-спокойной Хироэ. Надо вывести чертовку из равновесия! Мизучи приопустила веки, расфокусировав глаза в любимый «взгляд утопленницы», и чуть выпустила свою ауру, пытаясь надавить на оппоненток. Конечно, можно было тупо «влезть в мозги», но честная аякаси так никогда не сделала бы. Переступив иные правила настолько перестаёшь быть собой, что потом хочется умереть. Да, она и через это прошла. Аура демона краями захватила фигурки девушек-противниц, но вместо лёгкого беспокойства людям принесла обратный эффект — Ринко вообще ничего не почувствовала: «ещё один непонятно как работающий амулет» — с тоской констатировала змея, а вот с Хироэ приключилась совершенно противоположная история — она внезапно приободрилась и даже улыбнулась, а магия и ауры стала утекать на два порядка быстрее, чем в амулет Ринко. Не верящая своим чувствам змейка активировала тепловое зрение и убедилась, что работающий с температурой почти на полградуса выше нормы мозг стриженной девушки стремительно возвращается в норму, поглощая паразитные манапотери аякаси. Более того, она уверенно начала выигрывать! Странности Хироэ сложились в общую картину и дали чёткий ответ, как же мелкая девчонка может быть такой сильной. Поспешно отдёрнув ауру от странной парочки, Мизучи едва успела отыграть свою последнюю чёрную фишку в пятой партии (изначально у каждой было по две). Итак, по итогам жестокой покер-битвы из пяти партий самой проигравшей оказалась Сидзука, Канаме осталась при своих и в лидерах внезапно оказалась Ринко. Вот так! — Ну, Ринко-тян, ты победила, тебе и первой задавать вопросы. Самой проигравшей, — разогнала сгустившуюся тишину после партии и тут же перевела стрелки Хироэ. — Эээ… — Протянула Кузаки, — ну расскажи мне свою какую-нибудь тайну, Сидзука. Пожалуйста. — Тайну? — весело прищурилась аякаси, — да запросто! Я не человек, знаешь ли. На самом деле я дух, вы ещё зовёте мой народ демонами… Что, ни капли не страшно? — Переспросила Мизучи, разглядывая удовлетворённое лицо Ринко (ура, план Юты заработал!) и восхищённо-предвкушающую ухмылку Хироэ. — Не-а, — стриженная пигалица фыркнула, — Ты вообще-то человечнее многих моих знакомых, те явно стремятся деградировать к обезьянам поскорее. И, хочу сказать, не мешало бы доказать свои слова. Вместо ответа Богиня Рек небрежным жестом заставила выкатиться из раковины водяную каплю примерно с футбольный мяч размером и подвесила её перед носом у Канаме. «Теперь верю!» — сдавленно прошептала та.