если просто пристрелят, а не поджарят или не разрежут клинком. Ты же этого не хочешь? — Н-нет, — выдавила Ю, — ни за что! Отлично. Можно было бы попробовать наложить на Ю паром, заставив дать клятву Амакава, но я в душе не ведал, как это всё сработает не на сформировавшемся сознании аякаси, а на разуме ребёнка, которому ещё расти и развиваться. Смотреть на медленно, из года в год, теряющую волю к действиям и рассудок из-за кривого «парома» Шимомуро мне очень не хотелось. О вопросе «как обеспечить высокую степень надёжности от предательства единомышленников» стоило призадуматься. Если насчёт хитрюги Хироэ я был уверен даже больше, чем в самом себе — стриженная своей удачи и выгоды не упустит, а известный мне и наблюдаемый в течение нескольких лет характер Ринко не давал даже тени мысли о возможности сознательно или по глупости нарушить обещания, то Ю была для меня тёмным лесом. Впрочем, пока проблема единичная, можно решать её «классическим» способом: больше общаться, помочь с изучением «практической стороны магического мира» и просто наблюдать. Блин, память стереть было бы проще! Но, тогда получится, что все мои выкладки про «мирное сосуществование в новом мире» — пустой звук. О! Точно! Чего это я? У меня появился — добровольно припёрся так сказать, довольно неплохой и даже лояльно настроенный объект для социального экспериментального исследования, а я нос ворочу! Не иначе как от сегодняшних переживаний соображалка притупилась. Так отдыхать надо! Посмотрев на часы, я предложил таки Ю отправляться домой. Пусть она и позвонила матери, но всё же наверняка та переживает, что дочь болтается с новоявленными школьными приятелями, вместо того, чтобы дома уроки делать. Пошли пешком, со мной увязалась Мизучи. Конечно, в нашем спокойном спальном районе встретить что-нибудь опасное было почти нереально, но я решил убедиться: раз уж мы умудрились спасти влипнувшую по собственной дурости девчонку. Заодно пусть и родители с нами познакомятся… и начнут привыкать видеть нас с Ю вместе. Когда дом Шимомуро уже показался у дальнего конца улицы, я спросил: — Ю, твоё увлечение магией… это просто любопытство или ты хотела бы достичь чего-то большего? Шимомуро задумалась. Вообще, я обратил внимание, что девочка во всех вопросах, которые она считала серьёзными, имела тенденцию думать перед ответом. Черта, достойная взрослого. — Знаешь… я, наверное, сначала просто хотела чуда. Ну, знаешь, как маленький ребёнок хочет чего-то необычного, чтобы произошло то, что в обыденности не происходит…