Нужно поспешить.

Затем я отправился проверять защиту и ловушку, на которую у меня не было особой надежды, её цель была лишь задержать и ослабить, не более. Так же по периметру тут и там стояли сотни големов, которые пожертвовала из своих запасов Шиэль.

Для победы нам понадобятся все. Так же я посетил Пантеру, которая заверила, что её войско в боевой готовности и ждет врага в любой момент.

Спустя несколько часов я всё же освободился от дел и направился в свой особняк, что ныне находился на территории зверолюдов.

— Я дома, — сообщил я, зайдя под защиту родных стен.

— Павел! — воскликнула Шиэль и бросилась мне на шею. — Я хочу от тебя ребёнка! — оторвалась она от моих губ и серьёзно посмотрела в глаза.

На звуки прибежали дети, которым всё было интересно, за ними показалась и Оксана. Та была более сдержанной, но я, не отпуская Шиэль, притянул к себе и Оксану, и поцеловал.

— Где Катя?

— В своей комнате должна быть, — ревниво ответила Шиэль. — И ты на мой вопрос не ответил!

— Я согласен, — улыбнулся я.

Тут мне на встречу вышел Степан и поклонился:

— Господин.

— Как дела? Как обстановка? — спросил я, не отпуская своих женщин.

— Всё хорошо, так как мы за забором, к нам не лезут. В гости ходят только из отряда Пантеры.

— Конфликтов не было?

— Ничего серьёзного, — позволил он себе небольшую улыбку.

— Ладно, — кивнул я. — Мы тут ненадолго, — и обратился уже к женщинам: — Пойдёмте к нашей беременной.

В обнимку отправились по дому. Комната Кати располагалась на первом этаже, так как в её положении не особо по лестницам побегаешь.

Постучавшись в дверь и не дождавшись ответа, я заглянул внутрь.

Просторная комната, с большим окном, столиком и зеркалом. Здесь пахло домом и уютом, будто я снова в нашем с мамой небольшом домике на берегу теплого океана, где постоянно кричат чайки, а ветер приносит с собой соль и свободу.

К горлу подступил ком, но я усилием воли встряхнулся, отгоняя светлые и печальные образы. На небольшой односпальной кровати, с легкой полуулыбкой, спала Катя. Ее волосы, цвета вороного крыла отросли и теперь они доходили до внушительного размера живота.

В этот миг, Катя будто ощутила мой взгляд и открыла глаза.

— Привет! — искренне улыбнулась она. — Мы скучали, — и погладила живот.

— Скоро уже? — я сел рядом и приобнял её.

— На днях, — с радостью ответила она.

— Устала? — сочувственно погладил я ее руку.

— Нет конечно, — помахала она головой, откидывая свои красивые локоны. Шиэль с Оксаной тоже прелестные, но Катя… Есть в ней сейчас нечто чарующее.

— Ты прекрасна, — поднял я её подбородок и с нежностью поцеловал в пухлые губки.