Я гнал платформу всё быстрее, как и мрачные мысли от себя. А вокруг так и не появилось ни единого признака жизни. Ничего, кроме песка и тусклого солнечного фонаря ультрафиолетовой раскраски.
Вот только моё чутьё предельно ясно говорило о наличии не просто жизни, но и врага. Том самом, ради которого я и полез сюда, по дороге растеряв большую часть силы. Если портал нельзя сломать с той стороны, значит я сделаю это войдя внутрь. Так сказать, прикрыв за собой дверь, навеки.
Чёрт, а ведь я не герой!
* * *
— Ср*ный герой! Тупой ученик! — в ярости сжимал и разжимал кулаки Джек, чуть ли не скрепя зубами в праведном негодовании. Мало того, что Павел отправился в одиночку изучать НОВЫЙ мир, так ещё и дверью хлопнул так, что невидимая штукатурка полетела, а портал перестал принимать энергию. Хотя бы не исчез на совсем, но подозрения у Джека были не самыми радужными на этот счёт. Скорее всего, Павел интуитивно потратил всю скопленную мощь для того, чтобы запечатать портал, что означало лишь одно. Путь снова заработает только в двух случаях, первый: если Павел вернётся, тут с гарантией и второй: если ученик там погибнет. Но скорее всего, второй вариант маловероятен. Всё же пробка с этой стороны, и маловероятно, что она напрямую завязана на Павла.
Какие мысли? Силой проламываться — опасно, можно ненароком уничтожить портал, а мастерством, можно попытаться. Главное не забывать, что любая ошибка и бум! Даже памяти не останется.
Джек вздохнул и приступил к делу, а в его голове вертелся лишь один вопрос: «Интересно, каков он, этот новый мир?»
* * *
Бесконечная пустыня внезапно закончилась зелёной шевелящейся массой. Я остановился и оглядел чёткую линию растительности, что будто искусственная лесополоса здесь была посажена неизвестным садовником.
Подумав пару мгновений, я с хеканьем спрыгнул на землю и окутавшись плотным щитом, шагнул вперед. Растения вокруг меня шевелились, будто их беспокоил несуществующий ветер, а ещё, здесь появилась мана. Самая обыкновенная, какая была и в моём мире.
Шагая всё дальше и дальше, без труда пробираясь сквозь заросли, у которых не было ни колючек, ни даже плотных стволов, я вдыхал силу. Через пяток минут я обратился в бушующий поток силы и помчался вперед. Чутьё, которое лишь рисовало контуры врага, ныне стало твёрдой уверенностью.
А когда зелёное поле закончилось, уступив место желтой осени, состоящей из противного дождя и умершей высокой травы, я вновь принял человеческий образ. В отличие от стихийников, которые превращали себя в стихию, моя одежда оставалась целой. Ведь я не стихия, я — Божественное Слово.