— И присмотри за этим нахалом, — Узээриш растрепал волосы сына.
— Что? — возмутился Ханён. — Я лечу с тобой!
— Когда крылья отрастишь, тогда и полетишь, — нахально ответил ему отец. — А пока посидишь под крылышком у деда.
— Ты не можешь меня здесь оставить!
— Могу!
— Не можешь! — Ханён упрямо стиснул кулаки. — Ты… ты… Ты мой отец! Это ты должен смотреть за мной!
— Да ладно? Меня признали? Хоть что-то хорошее за этот день, — умилился Риш.
Он прошёл в ангар. По обонянию сразу ударила густая драконья вонь. Взволнованные сборами ящеры встретили его рычанием. Уже осёдланные и выведенный в вольер драконы им вторили.
— Господин, мы подготовили сбрую, и вот тут ваши вещи! — к нему подбежал взволнованный и малость пристыженный старший смотритель: ему всегда было крайне неловко, что хайнес сам вынужден седлать своего дракона.
— Где тут мой мальчик?
«Мальчик» оторвался полным обожания рыком, и Риш поспешил к деннику.
— Иди сюда, малыш.
Стоило отпереть дверь, как ящер выметнулся наружу и закружился вокруг своего хозяина, порыкивая от нетерпения. На чёрном плаще тут же появился блестящий след от его слюнявой морды. Дракон обтёрся о тело хозяина так рьяно, что было даже странно, что тот устоял.
— Это… что? — Дощщар с изумлением взирал на ездового зверя самого хайнеса.
Уже по внешнему виду можно было сказать, что дракон, мягко говоря, умом не блещет. На морду это был откровенный идиот.
— Давай мы оденемся, мой хороший, — чуть ли не пел Риш.
Он оседлал своегоособенного дракона с такой сноровкой и ловкостью, что казалось, будто скачущий вокруг него ящер сам всунул лапы в подпругу и сам изящным волнообразным движением залез под седло. Чувствовался многолетний навык.
Дощщар с молчаливым вопросом в глазах уставился на Саврия, но тот лишь с достоинством вскинул подбородок и холодновато произнёс:
— Вашего дракона сейчас приведут. Но полетите вы с хайнесом.
— Я? — изумился Дощщар. — Этом? — и ткнул пальцем в дракона. — Нет!
Риш нехорошо посмотрел на него через плечо, пока его ездовая зверюга с урчанием обтиралась мордой о его шею.
— Страх! Я испытать страх! — попытался объяснить свои опасения вор.
— Как летать, мой малыш знает лучше многих, — отозвался Риш.
— С тобой полечу я! — Ханён бросил свою котомку к вещам отца.
— Папа, надеюсь на тебя, — мило улыбнулся отцу Узээриш.
— Можешь не переживать, я за ним присмотрю, — пообещал Иерхарид, приобнимая насупившегося мальчика за плечи.
Тот дёрнулся, сбрасывая его руку.
— Я не останусь здесь! — уверенно заявил мальчишка. — Нет! — в отчаянии завопил он, когда Риш привесил к седлу свои вещи, но проигнорировал его котомку. — Я хочу с тобой! Я к маме хочу! — голос задрожал, Ханён решил давить на жалость.