— Иди кушать, спортсмен.
Сеструха выставила на стол тарелку с рисовой кашей, отдельно на глубоком блюде лежали накрытые салфеткой сырники. Я все это под смешки Альки снес за пару минут. Очухался, когда ложка застучала по дну.
— Вкусно и точка!
Чай мы уже пили неспешно со смородиновым вареньем. Догадываюсь, что и его привезли с деревни. Сестра ехидно посматривает в мою сторону.
— Как с памятью?
— Лучше!
— После зарядки самочувствие?
— Хорошее. И голова не болит, — гляжу на нее. — Ты у меня анамнез, что ли, собираешь?
Алька хохочет. И куда потом это у нее денется. Сколько помню — старушка была всегда серьезна и ворчлива. Мы такими все станем со временем? Хотя нет, дед Ростя без шуток и дня не обходился. Иногда так над кем-то приколется, что мне завидно становилось. Ему бы стендапером выступать. Так что это скорее от самого человека зависит. Нет, не хочу становиться ворчуном и неудачником. А для этого нужно…
— Галка в девятый пойдет?
Алька открыто насмехается надо мной:
— У тебя точно провалы в памяти? Что-то ты быстро с Галкой отношения наладил. А то все ходил и нос задирал. Она уже девушка!
«Так, это провал или успех? Как понять этих женщин?»
— Аля, а по существу?
— Ты и так все помнишь! Сегодня ей шестнадцать! Вы же вместе в садик ходили. Не знаю, кода между вами черная кошка пробежала.
Алька фыркает, а меня смущает упоминание о возрасте. Может, в СССР с шестнадцати можно жениться? Да ну на фих! Решаюсь. Все-таки она первая из семейного гнездышка упорхнула.
— В чем-то ты права. Она девчонка хорошая, но у меня на будущее иные планы. И она туда точно не вписывается.
Сеструха так и застывает с чашкой чая. Глаза как блюдца. Неужели дед Ростик был так предсказуем? Когда же он надумал валить из Зареченска? Жаль и спросить не у кого. Но Алька не может без уколов.
— Вот теперь заметно, что ты головой стукнулся. Куда же ты собрался?
— Пока не знаю. Год впереди на раздумья. Но точно уеду отсюда. Хочу большего. Это ведь не запрещено?
Судя по глазам, у сеструхи под черепушкой заносились целые табуны мыслей.
— Ты только маме не рассказывай! И так я свалила, а если еще и ты.
— Как говорят индейцы — Ребенок — гость в твоем доме: накорми, воспитай и отпусти
Сестра задумчиво роняет:
— Хорошая поговорка, надо запомнить. Ты растешь в моих глазах. Еще недавно был пацан пацаном, только игрушками своими дурацкими занимался, да с дружками во дворе пропадал. А сейчас гляди, девушками швыряешься направо и налево…
— Аля!
— Все-все, — сестра примирительно выставила перед собой руки. — Поступай, как знаешь! Видать, пока сам шишки не набьешь, не успокоишься. Но на Валю все равно не ставь. Кинет.