Пока я, снайперская пара и Карев готовились для выхода на ту сторону, переодеваясь в советскую форму, готовя оружие и документы, в Москву пошла радиограмма.

«Странник — Центру. Получена новая точка выхода. Район Борисполя под Киевом. Точные координаты уточняем. При возможности вступаем в контакт с местными органами госбезопасности под легендой Кречетова. Просим подтвердить легенду и отправить группу для контакта. Время ограничено, начинаем эвакуацию раненых из-под Фастова. Странник».

Перед выходом решили проверить портал к группе под Фастовом, заново ввели параметры и убедились, что время перестройки между разными точками выхода составляет не более пяти минут. Пока было время и ждали ответа от Москвы, я снова сходил на ту сторону — убедиться, как идет подготовка к отражению атаки противника. Судя по обстановке в эфире, немцы активно нас искали и, что особенно важно, буквально рыскали в поиске источника помех в радиоэфире. Несколько раз вдалеке пролетали самолеты-разведчики, но пока наш укрепленный лагерь не был обнаружен.

По договоренности с Москвой посланец Канариса отправил радиограмму, и на это время система подавления радиосвязи отключалась. Теперь ждали реакции от шефа абвера. Пока была возможность, в рассветных сумерках я провел совещание со своими командирами. Васильев, Ковальчук, Левченко, Артемьев почти сразу прибежали, когда им сообщили, что есть новости с той стороны.

Все выглядели очень усталыми и вымотанными. Третьи сутки непрерывной беготни, когда нет даже возможности присесть, не то что поспать, сказались на всех. Я сразу взял слово и начал совещание:

— Значит, так, канал на территорию, не занятую противником, мы пробили.

Все уставились на меня, ожидая более точных пояснений.

— Под Борисполем, за линией фронта. С Москвой я уже связался, и сюда скоро высылают группу для обеспечения контакта с нами. Думаю, в свете последних событий мы от правительства СССР пока никакой материальной помощи просить не будем, вермахт нас и так прекрасно обеспечил всем необходимым, поэтому на повестке основная задача — спасение бывших военнопленных, которые себя реабилитировали в боевых действиях и действительно достойны спасения. Жду ваших мыслей по этому поводу, с учетом того, что секретность нашего объекта не должна быть нарушена.

Слово взял Санька:

— Командир, ты правда хочешь весь этот табор прогнать через бункер? Нереально. Тут работы на несколько недель. Надо им еще и глазки завязать, так чтоб они ничего не поняли.

— Я уже думал об этом и заказал кучу снотворного.

— Угу, и людей потравишь, как в «Норд-Осте». Не то. Да и пропажа такой группировки сразу привлечет немцев, вот тогда они начнут точно тут все перепахивать. Как вариант, с той стороны пригнать подкрепления, боеприпасы и тут, в тылу противника, организовать что-то типа плацдарма, который постоянно снабжается и пополняется силами.