К вечеру из-за этих тренировок вымотался напрочь и отдыхать завалился маленько раньше обычного. А ночью я узнал, что такое прорыв. Проснулся от непонятного звука наподобие громкого хлопка, и даже сквозь закрытые веки увидел яркую вспышку. Что это было так, я и не понял, но на всякий случай перебрался на дерево — мало ли что. Это было правильное решение, потому что минут через пятнадцать внизу послышался приближающийся и усиливающийся с каждым мгновением шорох. Словно по земле ветер гоняет сухую листву.

Плохая видимость не давала рассмотреть происходящее, поэтому решил затаиться и до утра сидеть тихо, ничего не предпринимая. К сожалению, не получилось.

Минут двадцать снизу раздавался шорох, а потом на дерево начала лезть какая-то хрень. Я забрался повыше, до удобной развилки, на которой можно хоть как-то закрепиться. Только я устроился и приготовился к отражению агрессия, как вдруг пришла мысль: без света не обойтись. Конечно, зажечь фонарик — это всей округе объявить о своём присутствии, но и остаться без света — тоже нехороший вариант. Как отбиваться-то? Так что я достал фонарик и посветил вниз. И тут у меня меня волосы на голове зашевелились.

Из-под шабуршения ковра из насекомых не было видно ни клочка земли. По стволу дерева, не торопясь, поднимался десяток муравьев размером с хорошего добермана, а на земле их количество просто не поддавалось подсчету. Я бы сказал, что их дохрена и больше.

Где-то вдали раздались звуки ожесточенного боя, а мне предстояло вступить в свое сражение, потому что бежать стало некуда. Благо что иглы из винтовки свободно прошивали этих мурашей насквозь.

Мурашки небольшими группами пытались добраться до меня по стволу дерева, в ответ я их спокойно отстреливал. Так продолжалось до самого рассвета, а когда полностью рассвело, то я рассмотрел под деревом изрядную горку из трупов насекомых. Затрудняюсь сказать, сколько я их убил — очень много.

Беда в том, что это нашествие и не думало прекращаться! Я уже до смерти устал, а новые экземпляры все приходят и приходят, один больше другого. Так как убежать при всем желании не получится, то нужно поосновательнее укрепить свою позицию, чтобы я мог отбиваться долго.

Решив так, я стал строить на облюбованной развилке подобие площадки из веток. Прерывался ненадолго только для уничтожения очередной группы насекомых.

Двое суток непрерывной битвы. Ровно столько заняло это нашествие. У меня уже появились мысли о том, что надо бы лезть повыше, так как горка трупов под моим деревом превратилась в огромную гору и грозила достать верхним краем до моего насеста.