Магические чувства отличались от физических, но вполне их заменяли и в чём-то были даже удобнее. Скажем, боль не вызывала шока или дискомфорта, и служила тем, чем и задумала природа, — уведомлением о повреждениях. Я не нуждался во сне или дыхании, лишь имитируя их для маскировки. Теоретически я даже мог запустить все органы разом, имитируя воскрешение, но на практике это лишь впустую отнимало прану. Я не мог стабилизировать их работу, полученные во время боя с эльфийским аватаром травмы были слишком тяжелы. Стоило чуть ослабить контроль, как система тут же шла вразнос, заставляя меня умирать. Не очень приятный процесс.
Впрочем, воскресать я не собирался, вполне комфортно чувствуя себя и в текущем состоянии. В конце концов, я был осколком души Каина, а не Василия, со всеми вытекающими из этого последствиями. Например, куда лучше мог продвигать волю бога в качестве жреца. Ведь рациональность и готовность выполнять приказы важнее эмоций.
Конечно, эмоции симулировать тоже приходилось: несмотря на то, что люди служили богу жизни и смерти, нежить они всё ещё недолюбливали и опасались. Пройдут годы, прежде чем пропаганда убедит их, что умертвия — это хорошо, а стать одним из Рыцарей Смерти — высшая награда, доступная смертным. Полагаю, тут даже стараться особо не придётся, желающих обрести бессмертие, пусть даже ограниченное, всегда будет навалом…
— Приветствую, твоё святейшество…
Я осенил подошедшего офицера восьмёркой — знаком бесконечности, являющимся официальным в церкви Каина, и приветливо кивнул, растягивая губы в улыбке. Ильин был полезен общему делу, а потому заслуживал внимания.
— Да, полковник?
— Войска готовы, — доложил он. — Нет никаких новостей от Каина?
— Пока нет, но не беспокойтесь. В ближайшее время порталы откроются.
— Пришло странное сообщение. В парке Возвращения появился какой-то самозванец, выдающий себя за тебя. Он связался с «отделом техподдержки», но назвал пароль месячной давности. Не в курсе, что это может быть такое?
— Самозванец… — повторил я. Какая любопытная мысль. — Туда уже направили людей?
— Да, — кивнул Ильин. — Но мне показалось, что тебе это будет интересно.
Несмотря на расслабленный тон собеседника, я понимал, что полковник сейчас меня проверяет. И начал этот разговор, предварительно подстраховавшись. Весьма предусмотрительно с его стороны.
— Конечно. Тем более что «Василий», скорее всего, настоящий.
— Что?
— Не нужно бояться, полковник, — улыбнулся я. — Мы не в фильме ужасов. И, открыв вам эту «страшную тайну», я не буду пытаться вас убить. Потому что я — тоже настоящий. Кто сказал, что у бога может быть только один аватар?