На фланге никто из увлеченных перестрелкой морских пехотинцев вовремя не оглянулся. Присутствие сзади красных было обнаружено, только когда они начали зачищать лежащую в центре позиции первого отделения огневую группу «Один-один». Что погибший Ковальски при этом поднял тревогу, кстати, уже выглядело откровенным везением. При таком раскладе коммунисты имели все шансы зачистить полтора отделения на опушке если не подчистую, то на две трети точно, после чего атаковать и добить оставшихся. Взвод и так спасли, пожалуй, одни бронежилеты и малая численность группы этих хитрожопых коммунистов. Как оценил Крастер, будь в этой группе не восемь человек, а этак тринадцать–пятнадцать, взводу, в принципе, и бронежилеты вряд ли бы помогли. Прошли по краю и с таким количеством.

Из обнаружившей коммуняк первой огневой группы отделения Ковальски остался невредим только помощник автоматчика, ланс-капрал Стирлинг. Рослый, немного нескладный тип из Нью-Йорка, нередко наживавший проблемы с товарищами по лени лишний раз сходить в душ, своей живучестью в этом замесе Крастера непритворно удивил. Толковый ланс-капрал Чой, в этот раз на беду свою не оставленный рядом с Рюккером, в отличие от него получил тяжелейшие множественные ранения. Невезучий парень поймал россыпь пуль из ППШ в бедро, руку и район плечевого сустава, и в итоге, распластавшись на траве, истекал кровью рядом со своей М27 с разбитой пулей оптикой. Стирлинг лихорадочно суетился рядом с ним, пытаясь помочь взводному санитару Соренсену остановить кровь. Оставшиеся двое, как и Ковальски, оказались убиты.

Третьему отделению повезло куда больше. Из него выбыло всего лишь двое морских пехотинцев — ланс-капрал Ривера, спокойный старательный мексиканец из Эль-Пасо, честно меняющий в Корпусе грин-карту на американское гражданство, и бестолковый рядовой Харпер, по уровню интеллектуального развития не далеко ушедший от Хорни, а в свете последних событий, возможно, даже отстававший от него. Нельсону прострелили кисть, Ривере — бедро и голень. При этом умница ланс-капрал быстрее, чем первый, перевязался и теперь, хрипло прикрикивая на Харпера, чтобы не дергался, наматывал на его руку повязку.

— Чикано, тебя-то как угораздило под пули угодить? Ты с кем теперь меня воевать оставил? — Крастер одобрительно хлопнул симпатичного ему парня по шлему. Ривера на секунду отвлекся от перевязки и благодарно улыбнулся командиру в ответ.

Отделение Келли тем временем вело напряженный бой на вершине высоты 130. Сержант немного нервно вызывал Крастера по радиостанции, требуя помощи.