В горле Крастера стоял лёд. Лейтенант беспомощно глянул назад сквозь открытую дверь — стрелковый взвод лейтенанта почти в полном составе спал…
Грохнул гром, мелькнула вспышка, и голос Рюккера подавился ругательством — в стекла пилотской кабины лезли вершины растущих на горном склоне деревьев…
Смерть VI Оборонительный бой (общие положения). Оборона в целом всегда ведется по одним и тем же принципам, независимо от того, находятся ли войска на поспешно оборудованной позиции или же на заранее подготовленной полосе обороны. Однако некоторые детали порядка действий обороняющегося зависят от замысла командира (боевой задачи), имеющихся в распоряжении сил и средств, а также от наличия на позиции естественных препятствий, затрудняющих действия противника. Непосредственное влияние на оборонительный бой оказывает также и количество времени, затраченное на подготовку к обороне. Обороняющийся никогда не может и не должен стремиться к тому, чтобы быть одинаково сильным на всех участках. Исходя из этого, боевое использование войск не может строиться схематично или по какому-то заранее составленному шаблону. Следует добиваться такого положения, при котором как подготовка, так и управление боем были бы как можно более гибкими и оперативными. Важнейшими предпосылками для этого являются заблаговременное раскрытие планов действий наступающего противника и сохранение в тайне своего замысла. Э. Миддельдорф. Handbuch der Taktik
В череде повторяющихся вновь и вновь перезагрузок Крастер впервые был по-щенячьему счастлив. Ущемлённое самолюбие, ужас и недоумение от циркулирующего колеса вариантов одних и тех же событий были очень даже вторичными на фоне гаснущей в глазах жизни раненого и поливаемых перекрёстным огнём морских пехотинцев, так что возвращение возможности переиграть бойню его последней смертной темы было воспринято с одним только облегчением.
Причины очередной случившейся катастрофы лежали на поверхности и даже были уже озвучены перед финальным актом этой бойни. Крастер увлекся уничтожением бегущих как зайцы от его ничтожных сил пехотных рот северокорейцев и в очередной раз подставил взвод под поддерживающее их тяжелое вооружение. Единственное, что можно было придумать в свое оправдание — пулеметы и пушки в этот раз заметной роли не сыграли, подразделение разделали не блеснувшими в прошлых вариантах событий минометами. Лейтенант откровенно сомневался, что от снарядов противотанковых орудий погиб хотя бы один морской пехотинец. Разве что тот о ствол дерева над окопом разорвался.