— Не волнуйся, это не спровоцирует нас на необдуманные действия, — сказал я.

— Да я помню, что у вас не стоит! — сказала Пуля, пытаясь закрепить одежду так, чтобы грудь не вываливалась. Но получалось это плохо, и та всё равно рвалась наружу.

— Не понимаю, зачем хамить людям, от которых ты находишься в зависимости? — устало вздохнул Петя, — какой в этом смысл?

— Никакого, — сказал я, — это заложенная в ней программа саморазрушения. Весь её образ жизни ведёт к тому, что рано или поздно её прикончат. Весь вопрос только в том, кто именно и каким способом. Но она ничего не может с собой поделать, потому что не хочет жить, пусть даже и сама этого не понимает.

— Э-э-э-э! Хорош ботанить! — воскликнула Пуля, — я помню, что вы грёбаные умники, не нужно это лишний раз демонстрировать. Сюда! — вдруг резко сказала Пуля и увлекла меня в пролом кирпичной стены.

Петя последовал за нами. Пуля резко ускорилась, но не настолько, чтобы я не мог за ней поспевать. Просто теперь мы шли очень быстро, иногда переходя на лёгкий бег.

— Всё в порядке? — спросил я.

— Да, — не оборачиваясь, бросила она, — вы же хотели оказаться в укромном месте. Но для этого нужно сбросить хвост.

— А он точно есть? — крикнул сзади Петя.

— Конечно! Если вы их не видите, это не значит, что они не видят вас. Они меня долго выслеживали, научились кое-чему, — неохотно призналась Пуля и немного ускорилась.

Теперь мы всё время бежали. Вокруг уже давно была полуразрушенная промка, где люди не жили. Но, видимо, Пуля знала, где показываться не стоит, чтобы не быть замеченной.

Мы пробежали несколько построек насквозь, потом полезли в спрятанный под листом железа люк, который привёл нас в подземные коммуникации. Попетляв по ним, мы выбрались внутри какого-то дома из красного кирпича. Строение раньше, скорее всего, было административным зданием на заводе.

— Вот! — сказала Пуля, обводя рукой сумрачное помещение, — выходов на первом этаже нет, все они завалены обрушениями. Наверху ещё два этажа, но и там окон мало. Лучше всего выбираться отсюда под землёй. Пойдёт?

— Думаю да, — сказал я, — мы сейчас ещё осмотримся, но надеюсь, это не подстава какая-нибудь?

— Нет, — покачала головой Пуля, — вы правы. Нужно переварить то, что произошло. И если вы меня ни трахнуть, ни убить не планируете, то на остальное мне плевать.

— Как мало тебе надо для счастья! — усмехнулся я.

— В современном мире, это уже много, — серьёзно сказала Пуля, — очень много!

— Ты есть хочешь? — спросил я у Пули.

— А что, вы ещё и кормите своих пленников? — усмехнулась Пуля.