— Объяснила. Но… прежде, чем мы с вами договоримся, Герр Осокин. — на чистом немецком ответил Клаус: — Я бы очень хотел обсудить одну интересную деталь.

С этими словами чародей вытащил огромный старый талмуд и сдул с него пыль.

— Я вас внимательно слушаю.

— Герр Осокин, вам восемнадцать лет. И вы, несмотря на столь скромный возраст — успели много, где побывать. И много, что сделать.

— Допустим.

— Время — драгоценный ресурс, который невозможно купить ни за какие деньги. Я клоню к тому, что всем этим людям… — Клаус легонько похлопал по «Книге Символов»: — … на самом деле, несказанно повезло. Посмотрите на них со стороны. Молодые, красивые, живут в самых лучших особняках среди аристократов.

— И служат их воле. При этом, совершенно позабыв о своей.

— Сегодня один хозяин… Завтра другой. Тьма переходит в свет, а затем обратно. Все мы, кому-то служим. К примеру — я служу Суду Избранных. А вы служите своему Императору. Так, чем же зачарованные преступники отличаются от нас?

— Герр Цуберман, если вы хотите донести до меня мысль, что я лишаю своего друга времени — можете не продолжать. Я прекрасно знаю, кто он, и чем живёт.

— Мир людей очень изменчив, Герр Осокин. — улыбнулся Клаус: — Вы только представьте, что ещё сто лет назад мир даже не догадывался об антибиотиках. Сейчас вторая половина декабря одна тысяча девятьсот двадцать четвёртого года. До открытия пенициллина ещё два с половиной года. А что же у нас сейчас? Люди почти победили рак. А в лабораториях способны за несколько месяцев изобрести сыворотку от любой новоиспечённой болячки. Мир интернета… Вседозволенности. Чистого воздуха. Бесконечного маркетинга… И нейросетей. Только подумайте, сколько всего нового появилось за последние сто лет? И сколько всего нового появится в следующие сто лет? И вы хотите лишить своего друга чудес будущего?

— Хочу. Герр Дафваххе своё отсмотрел. Ему пора освободиться и пожить для себя.

— Сколько ему останется после снятия печати? Давайте посчитаем? Последствия проклятия задержат старение ещё на один год. Затем, Господин Дафваххе вернётся в возраст начала своего заключения. Со всеми болячками и проблемами того мира. Сколько ему было? Ах да… Сорок семь. Как думаете, сколько продержится неподготовленный организм из другой эпохи? Двадцать лет — в лучшем случае. Почему вы так не цените жизнь своего… друга?

— Потому что, я ценю его желания и мечты. Потому что, я знаю своего друга. А ещё я уверен, что он будет только счастлив освободиться от проклятия. Поэтому, предлагаю закончить эту демагогию и перейти к сделке.