— Ой, да ну брось? Вон на заводе сколько филинидов и человеческих парней хороших. Не верю я, что они… — меня отвлёк вибрирующий мобильный телефон в кармане: — Да! Слушаю…
— Фёдор Александрович! — из динамика смартфона раздался голос Кая: — Две новости. Хорошая и плохая.
— Вау… Даже не знаю, с чего и начать? Давай, с хорошей.
— Феймос договорился с армией ксеноферов.
— Чудесно! А плохая… Они потребовали всю Галактику будущего себе?
— Нет. С ними всё хорошо. Плохая новость заключается в том, что из подземелий завода вновь идёт странный сигнал. И мы никак не можем понять, что это такое…
— Так найдите!
— Нашли уже…
— Пробейте стену, если уж на то пошло.
— Не можем. Там древняя пристройка из бреария… А на входе символы. Походу, биометрический замок. Но что самое хреновое — оно начало фонить ещё хуже, чем мой перехватчик. И боюсь, что часов через шесть радиация доберётся до цехов и офисов.
— Твою ж мать! Перехватчик цел?
— Конечно. Фейм, на удивление, очень аккуратный юноша.
— Прекрасно. Тогда, заводи свою ласточку и дуй за нами в Берн.
— Принял! Скоро будем.
Глава 12
Сектор Изнанки «Скавен-17»
Несколько часов назад
Переход в другое подпространство корабль пережил без потерь. Однако система безопасности трижды сообщила о перегрузке реактора. Благо, что не пошла цепная реакция, которая могла за долю секунды расщепить перехватчик Кая на атомы.
Изнанка — обитель ксеноферов, контролёров, Саранчи и прочей сомнительной живности — встретила Феймоса всполохами ярко-красных молний и густым тёмно-серым туманом.
Всё, как и всегда… Здесь ничего не меняется.
Надев кислородную маску, агент вышел из корабля и спрыгнул в зыбучий тёмный песок, что больше напоминал сгоревший прах. Сухая земля, в которой погибало практически всё живое.
— Акмин’ист! — прокричал незнакомый голос: — Эква Уэлла!
— Говори на иольском… Я не знаю мёртвых языков Миротворцев.
— А! Человек? — из тумана вышел гуманоид. Внешне он напоминал человека, только с серой кожей и жуткими витиеватыми рогами. В руках он держал двуствольное ружье, на цевье которого висел брелок из… сушеной головы кролика⁈ Жесть, какая…
— Не человек. Но сейчас это не суть.
— Как же не суть? — ксенофер щёлкнул предохранителем: — Ещё, как — суть! Говори, кто таков, пока я не выпустил тебе кишки?
— Феймос. Для друзей — просто Фейм. Я ищу Эрнста Хайта.
— На кой-тебе сдался наш вождь, Просто Фейм?
— Есть к нему дело.
— Хм, значит ты — трейсер? Понятно… Давненько здесь ваших не было видно. Правила знаешь?
— Знаю. — Фейм вытащил перочинный ножик и сделал надрез на руке. Несколько капель упало на сухую землю, а затем вспыхнуло ярко-красными искрами.