— Золотко, — начал я ласково. — А что случится, если ты не сможешь выполнить моё желание?

— Если вообще не могу, ничего не будет, — ответила она настороженно. — Но на такое желание у тебя не хватит фантазии, формулировки, знаешь ли, штука скользкая. Если формально можно считать желание выполненным, оно и будет считаться таковым.

— Кем считаться?

— Тьмой, конечно.

— Ага, а если можешь теоретически, но практически не справишься?

— Развоплощение и возвращение в инферно, — ответила она грустно. — Я тебе надоела, Лёш?

— Конечно, нет, потому и спросил, — сказал я. — Забудь.

— Ну… если тебе очень надо, — сказала Настя. — Загадывай желание. Нас очень мало в мире, Тьма не допустит моего возвращения. У первородной силы нет понятия «отступление», Тьма поможет.

— Мы будем ей за это что-то должны? — уточнил я.

— Мы и так ей должны самим фактом своего существования! И ты тоже! — заявила Настя с вызовом. — Тьма милосердна к своим созданиям. Лишь во Тьме спасение от безжалостного Света!

Гм, практически не поспоришь, а вообще… ну, какая разница, как оно вообще? Главное, что «всем обязаны» означает, что не обязаны ничем. Это нам в принципе подходит. Так, теперь нужно правильно сформулировать желание. Я хочу, чтобы Гронг и Рене выиграли? Не годится, выиграют разок в домино, и будьте довольны. Я хочу, чтобы они выигрывали в карты? Тоже самое… а мы от обратного!

— Желаю, чтобы Гронг и Рене сегодня не проиграли в карты! — сказал я мысленно.

— Тебе-то что до них? — строго спросила Настя.

— Пока ты спала, меня выставили из игорного клуба потому, что я маг. Они собрались играть и на мои деньги.

— Гм. Желание вызвано личными мотивами и ощущением несправедливости — устроители лишили тебя возможности сыграть с ними честно…

Она взяла долгую паузу, потом сказала печально:

— Всё-таки ты редкая сволочь!

— Извини! Если это трудно, то не надо!

— Желание высказано, уже надо, — вздохнула она.

И заорала:

— Не смей меня жалеть, гад! Иди в каюту!

Заговорила холодно:

— По твоему желанию, повелитель, мне придётся надолго отлучиться.

Вздохнула.

— Хорошо хоть дистанция, вроде, не критичная.

— Настя!

— Иди уже, горе моё! — сказала она. — Только не спи там, займись делом.

Вот кто бы говорил!

— Само собой, Настенька! Какой тут сон, я так за тебя переживаю!

Настя глухо зарычала и пропала. Я позвал её — нет ответа. Поплёлся в каюту Гронга. Она права, конечно, спать было бы свинством, поработаю над дневником.

Каюта Гронга ничем в принципе от моей не отличалась, разве что запахом. Сразу становилось ясно, что здесь ночевал орк. Идея поменяться с ним каютами предстала в другом свете… хотя он же сходил в душ и купил одеколон. Я уселся за стол и сразу вспомнил, что книжка-то моя в сумке!