— Что мы всё обо мне?! — воскликнул я. — Вот ты что собираешься делать после завтрака?
— Думала, что ты потащишь меня к себе в каюту, и я тебя разговорю, — призналась она. — А раз ты действительно такая сволочь, пойду на свой уровень, почитаю. Брала с собой учебники.
— А пойдём к тебе? — осенило меня. — Книжки покажешь!
— Издеваешься? — сказала она мрачно. — Во втором классе каюты на четырёх пассажиров!
— Кошмар! — выразил я сочувствие. — Бухают?
— Что ты! — махнула она ладошкой. — Гномы не церемонятся, за распитие высаживают сразу, прямо в реку!
— Вообще в каютах запрещено?! — возмутился я.
— Ну, в общих, — пояснила она и спросила невзначай. — У тебя же люкс?
Я пожал плечами и спросил:
— Встретимся здесь на обеде?
Кэрри посмотрела на меня весело.
— Ну, ты точно в первом классе! Нам по билету сюда разрешён просто вход и кофе по акции! Да тут обед стоит, как полбилета во втором классе! Нам в каюты возят на тележках.
Я сочувственно покивал, но говорить ничего не стал. Подумаешь! На пароходах я не плавал ещё, а в поездах у нас то же самое, всем нравится. И на обед у меня были другие планы, разве что ужин…
Девушка приняла мой горестный вид за чистую монету.
— Да у нас ещё замечательно! В третьем классе все койки в одном помещении, только перегородки, а коридор общий. В туалет очередь, душа нет, на палубу не пускают. На первом курсе так плавали в маг-хоз мандрагору окучивать.
«Плацкарт», — сообразил я.
— Ну, раз уж тебя выпускают, пройдёмся? — предложил я. — Мне в магазин надо и в цирюльню, а я тут первый раз.
— Тогда за завтрак я тебе ничего не должна! — заявила она с вызовом.
Я серьёзно кивнул.
— Как скажешь.
Глава 2
Я взял салфетку, вальяжно промокнул губы, небрежно скомкав, уронил на стол. Кэрри смотрела с плохо скрываемым раздражением. Завтрак закончился, настало время отрабатывать, вести меня в магазин, где ей всё дорого, а я тут ещё и корчу из себя чёрт знает что. Забавная у неё была мордашка — губки поджаты, прищурилась, на глаза упала чёлка, носик в креме.
— Ну-с, — сказал я вставая.
— Иди за мной, — буркнула она.
Мы спустились с крыши по лесенке, прошли немного вдоль борта, зашли в двери под вывеской «корабельная лавка». В небольшом уютном помещении справа тянулась блестящая труба, на которой на «плечиках» висели костюмы, слева располагался стеллаж с обувью, в отдалении виднелась витрина и какой-то человек за прилавком. Он вышел к нам, продавец-консультант или приказчик, мужчина средних лет благообразной, внушающей доверие наружности — улыбается, упитан, в серенькой паре. Спросил бархатным голосом: