Я подошёл к мужику.

— Что ты ждёшь?

— Должна подъехать телега стражи, увезут Сивку в скотомогильник, — сказал он, не поднимая головы. — Экипаж утащат на стоянку.

— А ты что здесь ждёшь?

— Экипаж арендованный, — вздохнул он. — Побегу просить другую лошадь, потом пойдём выкупать. А пока с другом прощаюсь.

Мимо проезжала порожняя подвода, я схватил лошадь за ремни, остановил. Слезли двое крупных мужичков и без слов сходу полезли в драку. Ну, что тратить слова на какого-то блажного шибздика? Я тоже не стал навязываться с разговорами, принялся наносить жестокие удары. С огромным удовольствием выместил злобу к таким самодовольным тупым уродам.

— Эй! Убьёшь же! — воскликнул возничий.

Вообще-то, я и собирался убить, но его возглас немного привёл меня в разум. А кто лошадь будет грузить?

— Жить хотите? — поинтересовался я у скорчившихся на дороге мужчин.

Те перестали выть, всхлипами выразили желание продолжить страдания в этом мире.

— Тогда встали и помогли погрузить лошадь на вашу телегу, — распорядился я.

Мужики сразу прочувствовали, что уговоры закончились, и повтора явно не вожделели. Схватились в дохлую скотинку, как в родную, и потащили. Вдвоём бы им, конечно, ни за что не справиться, подключился возница, я тоже. Гронг и Рене поняли, что я это всерьёз, и принялись помогать. Наконец, закинули копыта, подвязали.

— Сколько возьмёте отвезти в скотомогильник? — спросил я.

— Вот ты сразу мог это спросить? — прошамкал мужик разбитым ртом. — Пять медяков — нам же ещё сгружать там.

Я отсчитал монеты.

— Давайте без обид. Просто в другой раз спрашивайте сначала.

— Ох, и здоров ты драться! — прогундосил второй. — Мы бы и сами помогли, да токмо… — он шмыгнул разбитым носом, — токмо нам никто ни вжисть не поможет.

Мужики уехали, мы подошли к экипажу. Ходовая, вроде, не пострадала. Навалились, поставили на колёса.

Стражника происходящее, вроде, не трогало, но тут он оживился.

— Эй! А ну осади городское имущество!

Тут я понял, почему горожане недолюбливают стражу. Из-за таких вот её отдельных представителей.

— Шёл бы ты отсюда, служивый, — сказал я угрюмо.

— Ты сейчас сам у меня пойдёшь!

Я поднял на него глаза.

— И нечего так смотреть! Я при исполнении! И попрошу!

— Беги, придурок, — ласково сказала ему Кэрри.

Он оглянулся на девушку, снова посмотрел на меня, икнул и молвил:

— Извините, — и быстрым шагом пошёл прочь, нервно оглядываясь.

Гронг топнул, стражник сорвался на бег.

Мы откатили экипаж с проезжей части поближе к сходням. Гномы с интересом наблюдали сцену с кормы. Ну, чем ещё заняться стояночному экипажу? Старший заверил, что всё в радиусе пяти метров является арендованной территорией, никто тронуть экипаж не посмеет.