— Ангел какой-нибудь, — сказала она смущённо. — Ты это… сам что-нибудь придумай побыстрей. Для Света такие печати хуже красной тряпки, не одобряют они появления в мире островков преисподней, которой нет. И вообще, нафиг оставлять такие записки, прям «здесь был демон», блин!

— Снимай печать нахрен! — велел я. — Лучше книгу и лук буду с собой таскать.

— Сам снимай! — огрызнулась демон. — Тьма не прощает отступления! Эта комната на сутки владения Тьмы!

Мы мысленно замолчали. Я посадил Кэрри на стул, взял ступню, погладил, поцеловал, надел лодочку. Взял вторую ножку.

— Ох! — девочка погладила меня по волосам.

— Ладно, лук и книгу бери на всякий случай, — сказала Настя. — И хватит уже её вылизывать! Испортишь!

Я надел вторую лодочку, нехотя встал. Оделась Кэрри слишком быстро, надо ей прикупить чулочки какие-нибудь. С поясом. И лифчик обязательно, чтобы расстёгивать и застёгивать потом.

— Пойдём? — она мне робко улыбнулась.

Я нацепил перевязь с колчаном, лук, положил в сумку книгу.

— Пойдём, — я подал девочке руку.

Рене и Гронг успели поужинать, пристойно пили кофе. Это-то меня и насторожило — чтоб они просто так добровольно обошлись без пива! Подбежала девчонка помощница, по-детски непосредственно с восторгом уставилась на меня и на Кэрри. Да уж, два часа из моего номера на всю округу разносились стоны и крики, а ребёнок, конечно же, ничего не понял. Я смутился, суховато заказал солянку, жаренных свиных рёбрышек и кофе.

Девочка принесла большущий поднос, расставила тарелки. Получила обычную награду и ушла, часто оглядываясь и запинаясь. Я набросился на еду, Кэрри сначала лишь удивлённо поглядывала на меня, но скоро сама вошла во вкус и зачавкала, как заправская хавронья.

Совершенно никаких манер! Стоит всё-таки повидать её родителей, спросить, как они воспитывали дочку. Хотя что их спрашивать? Тоже, наверное, не аристократия, раз девочке пришлось пойти в гильдию убийц. Хоть не в проститутки.

— Что? — Кэрри заметила мой взгляд.

— Не чавкай, — сказал я строго. — Жуй с закрытым ртом.

Девушка смутилась, Гронг помотал башней.

— И кто это говорит? Ты, кажется, жрал личинок?

— И не чавкал, — ответил я невозмутимо. — Пусть мне очень хотелось есть, и было очень вкусно.

— Это ладно, — сказал Рене. — У тебя силы-то остались?

— Смотря на что, — сказал я равнодушно.

— Да никого ебать уже не надо! — горячо заверил Рене. — Я договорился!

— О чём? — спросил я, не отрываясь от тарелки.

— Ну как же! Некромант согласился! Инициация сегодня в полночь!

— Не знаю, — ответил я в сомнении. — Я бы в это время предпочёл кого-нибудь выебать.