Я насчитал сотню всадниц на ящерах. Легко представить, что нас ждало на открытом пространстве. Но сейчас-то планы противника смешались!

Ещё не всех добили змеюк, я заорал:

— Разберись по отрядам! Вперёд! Быстрее!

Хват проворчал:

— А сейчас-то куда спешим?

— Нужно побыстрее преодолеть открытое место, — сказал я отрывисто. — Всё, дальше думай сам. Если живые враги закончились, мёртвых на военной кафедре не проходили.

Рене Хват проорал:

— Быстрее!

Всех оставили последние сомнения, народ действительно поднажал. Магички задрали подолы выше коленок и придерживали ручками. Все оказались в гольфах и панталончиках! Они бежали впереди всех, иначе мужики бы шеи посворачивали. За ними держались орки, как самые быстрые, и гномы, самые двужильные. За ними лучники, потом мечники и замыкали пехотинцы, наиболее нагруженные.

Рене со шпагой и факелом бежал со мной во главе отряда. Снова нам если что платить за риск. Вернее, уже только ему расплачиваться, я мог попасть под раздачу только за молодость, хорошую физическую подготовку и любопытство немного. Что я, в самом деле, не видел женского белья, чтобы позади тащиться?

Мы преодолели самую широкую часть, стены зала по мере нашего продвижения стремительно приближались. Мы оказались перед занятным проходом. Левая стена оборвалась, просто закончилась в десяти шагах, зато правая стена продолжалась и загибалась направо, площадка изгибалась вслед за стеной и вела куда-то вверх.

Я подошёл к краю, слева площадка обрывалась куда-то в бездну. Один шаг и восторг свободного падения, всё закончится! Я стоял и смотрел вниз, а в голове словно кто-то шептал.

— Настя? Это ты бормочешь? — спросил я демона на всякий случай.

— Местное радио, — отозвалась она. — Не бери в голову.

— То есть это что-то действительно звучит у меня в голове? — я прислушался.

«Смерть… убей… убей всех… тебя ждёт смерть…»

— Бред какой-то! — прокомментировал я.

И тут меня спасла моя удачливость, не иначе. Я только начал отворачиваться от обрыва, как краешком зрения заметил бросок. Тот парень кинулся на меня без крика, его лицо без какого-либо выражения, пустые глаза. Я качнулся чуть в сторону и в перекат. Обернулся, безумца уже не было на площадке. Не слышно было и крика.

— Точно какой-то бред! — сказал я вслух.

Рене затейливо выругался и скомандовал остановку.

Он обратился к солдатам:

— Ребята! Я не зря просил вас не пить и не курить! Это очень опасно, вы попадёте под воздействие! Пусть мы сейчас потеряем время, но нам нужно провести обряд освобождения ваших сознаний! Пожалуйста! Кто меня ослушался и курнул или выпил, ради спасения всех нас, выйти из строя!