Всего по мою душу пришло около пятнадцати воинов, уровни у них не то, чтобы большие, посмотрим, как они покажут себя в бою. Такая информация должна будет пригодиться в будущем противостоянии.

Пока я размышлял о своём положении, мой новый титан уже начал действовать. Я наблюдал, как он принял боевую стойку, его кулаки засветились, а по телу прошла волна какой-то энергии, заметной даже невооружённому глазу.

Миг, и Брикс в стремительном движении перехватывает два копья, летящих в мою сторону и запускает их обратно. Практически одновременно с этим он совершает невероятный прыжок, закручивается в воздухе и летит на скопление врагов.

Круто! Не ожидал такой скорости от столь большого по размерам парня. Видимо, класс монаха даёт ему такие возможности. Вообще, эта картина напомнила мне старые китайские боевики, где все летали и дрались прямо в воздухе, короче, смотрелось это эпично.

Синекожий влетает в толпу стражников, как шар для боулинга в кегли, и начинает месить устоявших на месте врагов голыми руками, тут уже включаюсь и я. Врубаю ускорение, напитываю кулаки молнией и начинаю быструю пробежку по одиночным целям. Меч решаю не использовать, стараясь всё же убить как можно меньше людей.

Ранок временно превращается в поле боя, и все местные продавцы спешат посмотреть представление. Звучат подбадривающие возгласы, кто-то болеет за стражу, а кто-то за нас, причём последних явно больше.

Вырубая уже третьего по счету стражника, я замечаю вдалеке того самого стукача, который и навёл на меня местных блюстителей порядка.

— Вот ты и попался, говнюк, тебя я точно так просто не отпущу! — рывок, и я уже держу за шею это орущее тело, кажется, штаны у него уже намокли.

— Не убивай, пожалуйста! Не надо! Я ничего не сделал! Я хочу жить! — верещит этот кусок дерьма.

— Зачем ты привёл их ко мне? Разве наша сделка не была тебе выгодна? — мне становится интересно, что двигало этим придурком, когда он побежал доносить на меня.

— Награда! Я хотел заработать ещё! Я не знал, простите, я больше никогда… — ну как обычно, жажда наживы, даже руки пачкать об это не хочется, но наказать надо, а какое наказание будет лучше всего для того, кто так любит деньги? Правильно, финансовое.

— Возвращай шестнадцать золотых, это будет плата за моральный ущерб, и так уж и быть, оставлю тебя в живых, — я легонько тряхнул его в воздухе. — За свои поступки надо отвечать.

— Но… я… — он испуганно задëргался, но отдавать деньги не спешил, а я достал меч, и показательно замахнулся. — Ладно, вот деньги, только отпусти!

Шестнадцать золотых вернулись в мой карман, дрожащее тело в мокрых штанах я откинул в сторону, и поспешил продолжить сражение. Как говорится: жадность фраера сгубила. Будет ему уроком, кого можно использовать, а кого лучше не стоит.