Вдох-выдох… На несколько минут я попросту перестаю существовать, превратившись в нечто аморфное и эфемерное. Вместо моего тела появляются десятки тысяч слабеньких, но очень длинных щупов. Они разлетаются по окрестностям, проникают в дома, не замечая ни окон, ни стен. Мягко, но неизбежно прикасаются к многочисленным аурам и начинают откачивать столь нужную мне энергию.

Где-то можно забрать процентов двадцать. Маленькие дети и подростки даже не заметят такой потери, а их родители только рады будут, если драгоценные чада поспят чуть подольше или не станут устраивать с утра истерику, заявляя, что не хотят в школу или садик.

У чуть более старшего поколения можно отщипнуть от шести до десяти процентов сил. Они будут спасаться с помощью кофе, кто-то и так привык, что просыпается абсолютно не выспавшимся, так что ничего плохого в этом не будет.

Старики… Я опасаюсь брать у них больше одного процента. Их тела и так начинают уже сыпаться, души вырываются из дряхлых оболочек, ауры расползаются, ощущая близкое касание смерти.

Три минуты — мое тело вновь собирается воедино только ради того, чтобы проехать очередные пару километров и вновь разлететься на тысячи частей, забирая энергию у очередной партии тех, кому сегодня не повезло.

Не забываю отмечать некоторые места и в блокнотике, который вытянул из бардачка. Как раз в такой момент я идеально ощущаю любое отличие от самого обычного человека.

В этой многоэтажке, например, в съемной квартире спит неслабый, в потенциале, маг иллюзий. Он и понятия не имеет, на что способен, потому что не верит в магию, колдовство, богов и всё остальное. Надо будет скинуть координаты Моу, а пока что просто запишу номер квартиры и дома…

Температура моего мозга подскочила градусов до семидесяти, с такой бешеной скоростью он обрабатывал все поступающую информацию. Приходится ещё частично тратить поступающие силы на то, чтобы сразу же регенерировать отмирающие участки.

Тело работает на автомате, голова не принимает участия в управлении автомобилем. Пока я не существую — перекачиваю энергию, собираюсь заново — анализирую поступающую мне по аурам информацию, вычленяя что-нибудь способное помочь с работой. Да, Договор-Договором, но службу в конторе никто не отменял, как бы некоторые этого не хотели.

— Все, больше не потяну, — в какой-то момент осознал я, придя в себя километров за двадцать от изначального места. В голове вертелись сотни тысяч мыслей, идей и чаяний. Они напоминали огромную воронку, которая сверлила мой череп, желая выбраться наружу, чтобы потом разделиться на миллионы частей и вернуться к своим хозяевам.