Стоп, не понял. Откуда ещё один медведь сюда идет? Так не по правилам, нельзя дополнительных… А, это не оборотень, а самый настоящий живой медведь. Причем очень злой из-за того, что он только спать завалился, а его разбудили. Интересно, откуда в этих краях вообще можно такого зверя вытянуть? Вот про белок ещё понимаю, несколько сотен начинает кружиться по окружающим меня деревьям… Вижу тройку худеньких волков, которые больше напоминают полудохлых собак, пятерку лисиц, штук двадцать зайцев… О, собачий лай, значит ещё и песиков сюда привести пытаетесь.
Друиды вытянули из ножен клинки и с силой резанули себя по венам, пуская тонкий струйки крови прямо на землю. Черт, надо было их первыми кончать, сейчас такое начнется, блин…
Глава 20
Друидам плевать, что потом с этими животными будет, хотя они сами себя и нарекли хранителями лесов и животных. Обычное лицемерие, ничего больше. Всех тех зверей, которых они вытащили сюда, ждет лишь одно — страшная смерть от мучений, вызванных преобразованиями в их теле.
Кровь друидов тоненькими ручейками начала падать на землю. Та впитывала их силы и передавала животным. Белки начали расти в размерах и изменяться, ускоряя свой метаболизм, повышая скорость и получая в оружие длинные и очень острые когти. Медведь, который до этого момента выглядел очень блеклым, раздался вширь и бешено взревел, обещая смерть тому, на кого его натравят. И такие преобразование происходят со всеми животными в округе, до которых друиды смогли дотянуться.
Вперёд выходят злыдни и пытаются запулить в меня сразу несколькими десятками проклятий, которые способны проесть ауру и поселиться в подкорке человеческого мозга. Их главная проблема в том, что для меня это лишь самая обычная энергия, которая легко впитывается и переваривается.
Старые твари поняли, что все идёт совсем не по их плану и перестали кормить меня дармовой силой, направив её вместо этого в себя, усиливая свои тела, превращаясь в некое подобие древних славянских воинов. Грубые деревянные щиты, неказистые одноручные клинки, кожаные доспехи. Кого-то это могло развеселить, но я в курсе, что это лишь внешний облик. Такие артефакты передаются из поколения в поколение, их накачивают силой и укрепляют. Так что не факт, что эту истерзанную кожанку можно сейчас из винтовки пробить.
Оборотень тоже решил не стоять без дела, превратился в волка и скалится на меня, пуская тонны слюней из своей пасти на землю. Но не рвет вперед, опасается.
Леший что-то мутит, но опасности от него я не ощущаю, зато сатир продолжает своё любимое дело — заливается вином из какой-то картонной коробки. Редкий гад, и чего ему в Греции не сиделось? Все его ближайшие родичи там от цирроза померли лет пятьсот назад, их даже убивать не пришлось.