Кто-то из охранников имения дёрнулся к воротам, но стоявший рядом Артём незаметно удержал дружинника на месте. На парня никто особо не обращал внимания и тот привычно этим пользовался, непрерывно анализируя ситуацию.

Граф подозвал к себе главу охраны и приказал открыть ворота. Только после этого пара автомобилей въехала на территорию. Ворота располагались почти в сотне метров и чем ближе подъезжали ржавые колымаги, тем хуже становилось магам гостей. В какой-то момент сын Михаила Юрьевича с треском дёрнул ворот модной рубашки и на землю полетели пуговицы. По лицу мага стекали струйки пота и никто не мог понять, что происходит.

А потом машины остановились и все увидели на пассажирском сиденье пикапа громадного чернокожего мужчину. Лицо, обнажённые руки и грудь гиганта были покрыты жуткими ритуальными шрамами, складывавшимися в пугающий серый рисунок. От этого человека исходила такая тяжёлая аура неотвратимой смерти, что даже дышать рядом с пикапом было тяжело. За рулём же сидел хмурый человек с цветными татуировками на лице и сложно было понять, как эти двое вообще помещались в такой маленькой машинке.

— Разумовский… — разом осознав, кто именно прибыл в гости к его соседу, выдохнул Истомин. Всё преимущество и показная сила Михаила Юрьевича превратилась в дешёвый фарс. Его маги задыхались от одного присутствия чернокожего монстра, которого молодой Разумовский притащил из глубин Африки. Многие даже пошевелиться боялись, потому что те люди с цветными татуировками, которые вышли из машин, могли без колебаний убить всех присутствующих. Это было понятно по взглядам и движениям. Так матёрые тигры смотрят на домашних левреток.

— Доброе утро, господа, — прозвучал из-за спины африканского мага, невозмутимый голос князя Разумовского. — Мы вам не помешали?

— Помешали, — в жалкой попытке сохранить лицо, хрипло произнёс Истомин.

— Вовсе нет, Ярослав Константинович, — в то же время произнёс Олег Сергеевич. Артём озадаченно переводил взгляд со стен, окружавших поместье на крышу особняка и обратно, будто видел каких-то призраков. — Рад вас видеть? Какими судьбами?

— Если гора не идёт к Магомеду… — тонко улыбнулся Ярослав Константинович и продемонстрировал стопку листов, запаянную в прозрачный файл. — Не стал откладывать наши переговоры. Михаил Юрьевич, не ожидал что станете распоряжаться на чужой земле. Всегда считал, что только владетель территории может говорить о том, мешает ли кто-то ему у него же дома.

— Я имел в виду, что вы не очень вовремя, Ярослав Константинович, — постепенно приходя в себя, уже более напористо произнёс Истомин, но тут ожил стоявший без движения африканец.