— Что-то почувствовали, Ярослав Константинович? — моментально напрягся Аршавин. Ратай давно привык, что даже самые слабые одарённые могли чувствовать окружающее пространство лучше обычных людей. В левой руке Шатуна, как по волшебству, возникла пара метательных ножей.

— Что происходит с кровью, если она осталась на воздухе, Шатун? — перехватывая поудобнее нож, и медленно шагая вперёд, вместо ответа спросил я. — Если оставить её на пару недель. В сухом помещении и не подливать новой?

— Высыхает? — новым взглядом осматривая помещение, ответил Аршавин и тут же плавно скользнул вперёд, опередив меня на пару шагов.

— Верно, — прислушиваясь к своим ощущениям, кивнул я. Резерв едва восстановился на треть. Для полноценного боя этого было недостаточно, но что-то сделать я точно смогу. — А здесь всё стухло и продолжает гнить.

Обострённое восприятие подсказывало, что в пространстве скопилось слишком много энергии аспекта Смерти. Кто бы не воспользовался производственной линией центра, он гарантированно работал с животными из аномалии. В такой ситуации, каждый грамм крови имеет свою цену. Особенно если монстр высокого ранга. А здесь было именно что-то такое.

По сути, любого другого зверя можно было разделать на месте или на своей базе. Для этого не нужно ехать в единственный в округе заброшенный цех сортировки и рисковать встретиться с местными жителями. В памяти сразу же всплыли слова Насти о том, что недавно браконьеры пытались продать по частям тварь четвёртого ранга.

Я вытянул из источника столько маны, сколько он мог дать и коснулся разумом ближайшей лужи тухлой крови. Как бы то ни было, а вода в ней осталась, пусть и сильно отравленная аспектом Смерти.

В воздух поднялось несколько мутных шариков. Сознание разом расширилось на весь ангар в попытке найти цель. Мощный фон энергии Смерти забивал буквально всё и мешал выделить нужное. Но я справился.

— Шатун, вход! — рявкнул я и все собранные капли отравленной воды выстрелили в сторону ворот. Появившийся в прямоугольнике света Олег, только беспомощно округлил глаза, увидев летящую к нему смерть. Что я сделал он понять не успел, но летящие в его сторону бурые водяные шипы увидел очень чётко.

— Ваша… — успел выдохнуть Дмитрич, а потом события закрутились с бешеной скоростью.

Сверху на выщербленный бетон рухнула крупная туша. Костлявая и практически лысая. В нос ударила невыносимая вонь. По полу стегнул усеянный колючками хвост монстра и в следующее мгновение в спину чудовища ударили мои снаряды. Всего десяток капель превратили туловище чудовища в решето. Послышался злобный рёв, а потом в воздухе дважды сверкнули метательные ножи Ратая.