Кабинет ректора находился в самом конце длинного коридора. Судя по тому, что до большого окна в торце оставалось ещё метров десять, работал глава МАМИ в просторных условиях. На массивной дубовой двери висела золотая табличка, гласившая, что в этом месте трудится на благо державы ректор академии, граф Анатолий Викторович Кривошеев. Я постучал в дверь, выждал несколько секунд и вошёл в приёмную.
Секретаря на месте не было, а дверь в кабинет ректора была распахнута. Мы подошли к ней и увидели за обширным столом невысокого мужчину с обширной залысиной и роскошными усами. Он приветливо махнул нам рукой и поднялся.
— Рад, что вы пришли пораньше. Господин Разумовский, госпожи Разумовские, — добродушно улыбнулся хозяин кабинета, вежливо нам кивнув.
— Здравствуйте, ваше высокопревосходительство, — кивнул я. — В приглашении было указано, что мне нужно к вам зайти…
— Весь в отца, — покачал головой глава Академии. — Зайти не успел, а сразу к делу. Может так оно и лучше даже сейчас. Анастасия Константиновна, не затруднит ли вас немного подождать в приёмной. Там для вас с Анной подготовлен чай и замечательное печенье.
— Разумеется, Анатолий Викторович, — бросив в мою сторону вопросительный взгляд, ответила Настя.
Я успокаивающе кивнул и зашёл в кабинет ректора, не забыв плотно прикрыть за собой дверь. Глава Академии указал мне на пару кресел, стоявших у огромного окна и сам занял одно из них. Я сел напротив и задумчиво уставился в окно. Кривошеев знал старшего Разумовского и был с ним в хороших отношениях. Один из немногих, кто не стал участвовать в травле моего рода.
— Всё крайне сложно, Ярослав, — нарушив долгое молчание, первым заговорил граф, позволив наедине опустить мое отчество, тем самым переводя беседу в неофициальную плоскость. — У меня есть для тебя новости. И предложение.
Глава 3
— С радостью выслушаю вас, Анатолий Викторович, — уже примерно представляя о чём будет говорить граф, невозмутимо кивнул я.
— Рад, что ты не теряешь выдержки, княжич, — одобрительно кивнул ректор. — Хотя у меня, если честно, волосы дыбом становятся, как подумаю про тот переплёт, в который вы попали с девочками. Ты уж прости меня, что я так по-стариковски к тебе обращаюсь. Мы с Костей немало пережили вместе и мне чертовски жаль, что всё так повернулось. Хоть я и граф, да и должность у меня немалая, но помочь старому другу ничем не смог. Может хоть вам жизнь облегчить получится.
— Отец часто говорил о вас, ваше сиятельство, — вежливо улыбнулся я. Сам я этого, разумеется, не слышал, но Настя не раз упоминала ректора. Иногда даже мечтала, что он поможет нам попасть на обучение в МАМИ и это решит большую часть вопросов. — О прошлом можете не переживать. Глава рода Разумовских выбрал свой путь сам и с честью прошёл по нему до конца. Вашей вины в его гибели нет.