— Как вы правильно сказали, Геннадий Алексеевич, это мой долг, — ответил я. Этот человек знал очень много. О ситуации в МАМИ в газетах не писали. А о предложении графа Кривошеева вообще знали только мы двое. Представитель банка запросто выдал информацию о том, что мне было предложено разменять статус главы рода на сытую жизнь в столице. — Учитывая положение моего рода, поступить иначе я просто не мог.

— И это заслуживает уважения, ваша светлость, — серьезно кивнул Сидак. Всего на мгновение из-за маски добродушного болтуна проступило совсем другое лицо. С жёстким и очень колючим взглядом. Странная перемена. Мне даже показалось, что я ошибся, потому что Геннадий Алексеевич продолжил тем же бодрым тоном. — Должен признаться, что я даже слегка сомневался, когда ваш отец решил заключить особый контракт с Имперским банком на организацию индивидуального хранилища. Но теперь вижу, что он был глубоко прав.

— Насколько я знаю, все активы отца были конфискованы или перешли во владение других благородных семей, Геннадий Алексеевич, — произнёс я. В этот момент дверь в кабинет открылась и вошёл секретарь. Фёдор нёс в руках поднос с изящным фарфоровым чайником и тремя крохотными чашками без ручек. Расставив это всё на столике между нами и разлив напиток, секретарь подал одну из чашек своему хозяину и безмолвно ушёл. — Как так вышло, что в вашем банке осталась ячейка, о которой никто не знал?

— Почему не знал? — поднял брови хозяин кабинета и слегка пригубил обжигающий напиток, блаженно зажмурив глаза. — Замечательно! Как вы должны понимать, ваша светлость, Имперский банк считается главным финансовым учреждением всей Российской Империи. Решения о судьбе счетов и вкладов, по которым поступили судебные запросы, принимается индивидуально. В особо серьезных случаях, требуется подтверждение дополнительных служб или канцелярии Его Императорского Величества. По тем активам вашей семьи, которые подлежали перераспределению, решения принимались правлением банка. По этому конкретному договору тоже. Он был заключён индивидуально со мной, поэтому проходил по особым условиям хранения. Ваш отец позаботился о том, чтобы наиболее ценные вещи дождались его наследников вопреки любым обстоятельствам.

— Вы в курсе, что находится в этой ячейке? — впервые с начала разговора подала голос Настя. Сестра всячески изображала мебель, но я был уверен, что она внимательно следит за нашим собеседником и пытается понять, с кем мы имеем дело.

— Разумеется нет, Анастасия Константиновна, — улыбнулся Сидак и шутливо погрозил Насте пальцем. — Очень верный вопрос вы задали, княжна. И очень своевременный.