— Всё получилось? — спросил, как только мы вошли, Геннадий Алексеевич.

— Разумеется, — кивнул я. — Благодарю вас за помощь Геннадий Алексеевич.

— Возможно, вы хотите мне о чём-то рассказать, ваша светлость? — чуть надавил голосом хозяин кабинета.

— Мы не увидели в ячейке ничего, что могло бы даже в теории нарушать законы Империи или угрожать устоям власти, Геннадий Алексеевич, — невозмутимо улыбнулся я. — Только несколько документов, касающихся исключительно внутренних вопросов моего рода. И одну памятную безделушку. Артефактный герб семьи Разумовских в виде броши. Отец всегда придавал особое значение символам семьи.

— Что ж… Я вас услышал, Ярослав Константинович, — не спуская с меня колючий взгляд, ответил Сидак. — Не сочтите за дерзость, ваша светлость, но можно мне взглянуть на эту самую безделушку, которую вы упомянули? Уж простите моё любопытство, но я испытываю неодолимый интерес к истории благородных родов Империи, а также обожаю ювелирные украшения. Вот такая у меня маленькая слабость.

Я задумался, встретившись глазами с Сидаком. Дуэль взглядов продолжалась недолго, решение я принял быстро. Бумаги их не интересовали. Это хорошо. Это логично. Чем бумаги могут угрожать Империи? Я не дал возможность тщательно задуматься Сидаку на этот вопрос.

Я специально небрежно, но подробно описал брошь. Вот предмет да, особенно артефактный предмет, мог нести вполне понятную угрозу. Уверен, в этом мире есть наследие старых времен, в виде частички знаний и предметов, оставшихся от нас, Вершителей. Таким точно нельзя пренебрегать.

И как выкрутился, стервец! Любопытно ему. С другой стороны, это искусство — попросить, не обидев собеседника своими подозрениями. Прямо. Ну, а скрытый посыл или смысл? Это обычное дело для аристократических интриг.

— Да, конечно, — улыбнулся я, выдержав нужную паузу ровно столько, сколько требовали обстоятельства. — Прошу вас.

Я достал из кармана брошь и положил на стол.

— Какая красота, — восхищенно произнес Сидак. Сколько было в этом от искреннего восхищения, а сколько из вежливости, я не знаю. Знаю лишь, что вещица действительно была очаровательной. — Можно?

Он указал на брошь, спрашивая разрешения и я кивнул.

Когда «простой банковский служащий» взял в руки подарок отца, он не смог удержать невозмутимое выражение лица. Всего на секунду, но всё-таки. Как и не смог сдержать волну магии, что использовал, для идентификации предмета. Я невозмутимо смотрел на него, тщательно анализируя его самого и его действия.

Аспект Пространства. Ну надо же. Редкий аспект, который редко развивает кто-то из магов. Почему? Да потому что он чрезвычайно сложен в развитии и на низких рангах практически бесполезен. Но вот на высоких — он дает большие возможности. Очень большие.